Круто быть богом

4 недели назад Мария Дмитриевская

Одна моя подруга в юности увлеклась трудами русских религиозных философов. Вдохновлённая, она отправилась искать Бога на Валаам. Она очень долго готовилась и на первую долгожданную исповедь к «старцу» принесла исписанные мелким почерком листки, выстраданные попытки самоанализа. Батюшка отругал ее за эти странности и сказал, что надо не выделываться, а готовиться по соответствующим пособиям, отмечая галочками свои грехи. Ей бы промолчать, а про себя подумать, как обычно делают в таких случаях. Но девица эта была очень честная и говорила то, что думает. В итоге их спор продлился целых полчаса, хотя и происходил в неравных условиях. Священник стоял подбоченившись, а она должна была говорить согнувшись, свернув шею калачом и высунув нос из-под епитрахили. Закончился поединок старца и студентки тем, что он гневно вернул ей листочки и заявил, что на самом деле ее грех — это грех вольнодумства.

Дело давнее, мы, конечно, посмеялись. Но до того, как я услышала эту историю, я и не знала, что есть такой замечательный грех — вольнодумства! И невольно задумалась: а против чего грех-то? В школе мы проходили, что вольнодумство Пушкина мешало царю. Но кому сейчас может помешать вольнодумство студентки-первокурсницы психфака? Надо полагать, самостоятельное мышление — последний оплот внутренней свободы даже у того, у кого никакой свободы не осталось. И это лишает властителей душ человеческих их любимого занятия — указывать в мельчайших подробностях, что человек должен и не должен делать, думать и даже что чувствовать. Точнее думать и чувствовать вообще ни к чему, начнешь, а там и до вольнодумства недалеко. Стоит ли говорить, что это не про заботу о человеке, а про власть над ним.

Вообще-то властолюбцев везде хватает, хоть в храмах, хоть в школе, хоть в районной поликлинике. Маленькие властелины любят делать пустые замечания посторонним людям и тиранить своих домашних придирками, большие — идут в большое плавание. Как говорится, кто на что учился. Но самую чудесную и сладкую власть может обеспечить конечно же Абсолют. Точнее патент на Абсолют и возможность выступать от его имени. Поэтому закономерно, что к вершинам любой религиозной группы карабкаются самые властные и жадные. Помню рассказ одного человека, который искал истину в Индии. Помешивая кашу в котелке, он с грустью рассказывал о своем «приземлении в реальность». Поднимаясь по ступеням совершенства, он приблизился к духовным учителям и кумирам так близко, что смог увидеть, каким богам на самом деле они поклоняются. Ему стало ясно, что это совершенно не те люди, за которых они себя выдают. И их интересуют только власть и деньги. Знакомо, не правда ли?

Вот о человеческой жажде власти, зачастую не знающей ни ограничений, ни сострадания, мне захотелось написать. Ведь многие истории разочарованных и пострадавших людей повествуют именно о встрече с этим явлением. Я, конечно, под «властью» имею в виду не нормальное использование управленческих полномочий, необходимое в любой жизнеспособной структуре. Речь о ненасытной внутренней потребности в том, чтобы повелевать, парить над маленькими фигурками людишек внизу, обладать другими, ломая чужую волю и навязывая свою. Для такого властолюбца границы другой личности либо вовсе не существуют, либо являются досадной помехой, а иногда и азартным вызовом. Мне хочется изложить несколько мыслей по поводу природы власти, ее психологической начинки и специфического привкуса. Эти соображения — результат многих обсуждений с друзьями и коллегами, наблюдений за людьми, сопоставления теорий с жизнью.

Во-первых, надо сказать о многообразии форм, которые может принимать жажда власти, сохраняя свою суть. Это может быть высокий статус и огромный административный ресурс в распоряжении; самодурство начальника; власть гуру над душами тех, кто ему безраздельно доверяет; игра с чувствами одураченного и влюбленного человека; деспотизм в семье; беспрекословная убежденность в собственной правоте и категорическое непринятие иного мнения; твердое знание, кому как надо жить, и готовность впихивать это знание без спросу; яростная борьба за победу любой ценой в каждой луже. Это далеко не полный список способов ощутить власть.

Один из распространенных видов властолюбцев — харизматичные лидеры, питающиеся обожанием и страхом своих подопечных. Это игра для умных, способных выстроить удачный привлекательный социальный фасад. Самые одаренные научаются различать, кому чего в душе не хватает. Одним достаточно кинуть ласковое слово и теплый взгляд, другим дать мудрый совет и опору в жизни, третьим подбросить похвалу. А когда человек уже привязался, нужно наказать за «непослушание» холодом и намеком на отлучение от хозяйской любви. Просто и действенно. Так гуру обрастает фан-клубом зависимых и послушных чад. И расцветает пышным цветом власть очередного светоча или выдающейся пророчицы.

Но самая бесчеловечная форма злоупотребления властью лежит, к сожалению, в интимной сфере. Любое сексуальное насилие, явное или завуалированное, тоже про власть. Под завуалированным насилием я имею в виду такие истории, как, например, «Исповедь блудницы», опубликованная на «Ахилле». Сломать волю другого существа в хрупкой телесной сфере, подчинить не только морально, но и физически — это страшный способ упоения властью и вседозволенностью.

Во-вторых, важно сказать о мотивах. Мне всегда было интересно: ну зачем? Ради чего тратить столько сил, а в итоге портить жизнь себе и окружающим? Может, дело в каком-то душевном надломе, компенсируемом таким образом? Подобные вопросы часто задают себе люди, переживающие выход из зависимых отношений. Ведь когда долго общаешься, знаешь положительные, симпатичные стороны человека, не хочется видеть в нем этакого властного монстра. Да и душе хочется верить в то, что все люди белые и пушистые, просто, как в том анекдоте, иногда болеют. Может, их обидели, недолюбили, тоже когда-то сломали? Может. Но дело не в этом. Обижали и ломали многих, но все по-разному с этим обращаются.

Путь власти — это скорее нравственный, ценностный выбор личности. Власть здесь не инструмент, а самоцель, самостоятельный и главный мотив. Потому что невроз и внутренние проблемы могут уйти, исцелиться. А жажда власти не лечится. Она слишком сладка, чтобы от неё отказываться. Человеку иного склада может казаться это странным и непонятным. Но властолюбцы страдают больше всего от того, что не все им подчиняются. Любой намек на неповиновение вызывает ярость.

Каждый человек свободно выбирает, на что он в жизни будет тратить силы и что он хочет в итоге получить. И часть людей выбирает доминирование и превосходство как цель и главное содержание жизни. Если приглядеться к биографии такого человека, можно увидеть узловые моменты, поворотные точки, когда делался это выбор в конкретных решениях и поступках. Как правило, человек укрепляется в своём стремлении к власти постепенно, по мере взросления и становления личности, когда благодаря опыту и возрасту входит в силу. Удовольствие от ощущения собственного могущества, грандиозности, абсолютной правоты и права творить все, что вздумается, обладает для них самостоятельной ценностью. Распробовав, его хочется ощущать снова и снова. Недаром используют глагол «упиваться», говоря о власти. Это крепкий наркотик, с которого не слезают. Хотя добровольно это, конечно, мало кто признает. Слишком нелицеприятно.

И наконец немного о той цене, которую приходится платить за такой «вкусный» выбор. Властность очень сложно сочетается с жизнью. Не с физической жизнью, разумеется. Как мы видим, многие властелинчики и властелинки живы, здоровы и вполне упитаны. Я имею ввиду те слагаемые, из которых складывается внутренняя эмоциональная жизнь человека — самореализация в любимом деле, раскрытие способностей, настоящая любовь, дружба, свобода, радость жизни, связь с окружающим миром и природой, личное мировоззрение и ценности. Все то, что делает человека крылатым, дает наполненность, счастье и ощущение смысла жизни.

Почему так — легко представить. Когда все силы уходят на подчинение других, прочее содержание жизни отходит на второй план. Не получится действительно ценить отношения с кем-то и подавлять его. Невозможно искренне служить своему делу, реализовывать себя и одновременно пестовать свое могущество. Скорее всего, это вообще будут два разных несовместимых занятия, между которыми придется выбирать. Невозможно иметь твердую мораль и манипулировать людьми. Расширение влияния, когда оно является самоцелью, обязательно будет вступать в противоречие с любыми другими ценностями. И это рано или поздно заставит человека разрушать созданное, предавать значимых людей, обманывать, идти на сделки с совестью и так далее. Так что или власть, или все остальное. Поэтому страсть к власти покрывает не комплексы и неврозы, как часто думают. Она покрывает глубокую внутреннюю пустоту. Эта пустота образуется на месте всего того, от чего человек добровольно отказался. И это большая цена, которую приходится платить за торжество собственного величия. Отними у властолюбца ощущение могущества, и ему станет нечем жить. Хуже того, он сам, считай, исчезнет.

Бывают и печальные истории, когда на алтарь власти кладется действительно многое. Но еще чаще среди патологических властолюбцев встречаются раздутые пустышки, фанфароны, мелкие и скучные. Впрочем, наверное, ощущать себя немножко богом — действительно большое удовольствие, раз многие так живут. И было бы гуманно оставить их в покое, ведь каждый имеет право жить по-своему. Если бы они не причиняли реальный ущерб окружающим людям. Иногда этот вред настолько значителен, что человеку полезно увидеть сущность тех, от кого он пострадал, чтобы освободиться от вины и сомнений.

Но не все так страшно. Есть и то, чего боится любая власть: правды, здоровой уверенности в себе, внутренней свободы и хорошего юмора. Ведь юмор невзначай и легко разрушает, по выражению Д. Быкова, «святой напыщенный серьез». А без «серьеза», пафоса и страха ей не на чем держаться. Никогда внутренне свободный, живой и вольно думающий человек уже не попадёт в жерло чужих амбиций. А если и попадет, то почувствует неладное, отряхнется и пойдет дальше, оставив «мертвецам погребать своих мертвецов».

Если вам нравится наша работа — поддержите нас:

Карта Сбербанка: 4276 1600 2495 4340

С помощью PayPal

Или с помощью этой формы, вписав любую сумму: