Нельзя улюлюкать и злорадствовать по поводу репрессий

3 месяца назад Николай Подосокорский

От ряда знакомых в последние дни мне довелось услышать, что блогер Руслан Соколовский им лично глубоко неприятен как человек, и дело тут вовсе не в РПЦ и покемонах, поэтому они бы никогда не стали вообще за него заступаться. Пусть посидит маленько — авось поумнеет, дурь из головы повыйдет. Так говорят люди, как правило, сами не сидевшие и не сталкивающиеся напрямую с русской тюрьмой, которая вообще мало кого исправляет, но многих калечит, ожесточает, а иных и вовсе убивает (даже если они физически еще остаются на какое-то время как бы «живы»). Примерно то же самое можно было услышать в адрес участниц группы Pussy Riot, Петра Павленского, Надежды Савченко, Александра Поткина, Ильдара Дадина, Алексея Кунгурова, Дмитрия Демушкина и многих других. Тем более что официальные СМИ очень профессионально работали на их дискредитацию.

На днях запостил в блог историю про 25-летнего новгородца Николая Кириллова, на которого завели уголовное дело об экстремизме за публикации картинок и видео в соцсети, якобы «оскорбляющих чувства верующих».

Тут же пишут: «А, он член «Другой России»? Ну, тогда пусть лучше сидит». Ок. Я тоже не сторонник «Другой России», не националист, мне лично антипатична Савченко, я не стал бы снимать ролики, как Соколовский, и т.п. Но нельзя же не понимать, что все люди разные и оправдывать политически мотивированные уголовные преследования на основании того, что кто-то не вызывает к себе большой любви и симпатии, – это уже даже не правовой нигилизм, а полное очерствение сердца и повреждение ума, что еще хуже. Ведь абсолютное большинство людей при очень близком их рассмотрении неизбежно у кого-то вызовут отторжение и легкую, а то и тяжелую неприязнь: кто-то некрасивый и толстый, кто-то наоборот слишком огламуренный и не той сексуальной ориентации, кто-то верит в неправильного бога и ведет себя слишком экспрессивно, кто-то гнусавый или щербатый и вообще взгляд у него не располагает к общению, кто-то выглядит нагло и самоуверенно, да еще пытается нелепо кривляться и даже пиариться на своем преследовании (!) – причин, почему человек не нравится можно для себя выдумать миллионы от социальных и национальных до религиозных и иных.

При этом можно словно надутый индюк полагать, что сам-то ты абсолютно нормальный, «правильный» и точно вызываешь если не всеобщую любовь, то понимание своего образа жизни у большинства и, главное, у действующей власти. Последнее, разумеется, миф. И сейчас система особенно цинично демонстрирует, что еще вчера бывший «правильным» и «понятным» вдруг в одночасье становится преступником и мерзавцем – и не просто перед законом государства, но и перед нравственностью, общественной моралью. Так, некогда могущественный глава Марий Эл Леонид Маркелов, 15 лет возглавлявший республику (Илья Варламов даже дал ему прозвище «король Марий Эл»), теперь жалуется из СИЗО на отсутствие туалетной бумаги и трусов и говорит, что «ничем не заслужил такого к себе отношения».

А генерал Сугробов, от действий которого зависели карьеры многих влиятельнейших фигур в российской политике, теперь получил 22 года строгача за «организацию преступного сообщества» (его коллегу, генерала Колесникова и вовсе убили или довели до самоубийства еще на стадии следствия). И таких примеров немало, ибо попасть в тюрьму может каждый (до сих пор при Путине не сажали только две социальных категории граждан – и я сейчас не про ближайшее окружение Темнейшего и не про кадыровцев, а именно про социальные категории).

Безусловно, одна из первейших реформ, которую нужно будет проводить в новой России, должна касаться гуманизации условий содержания граждан РФ в заключении (про то, что именно необходимо для этого сделать, уже много раз и подробно писали разные правозащитники и общественные деятели), но чтобы это вообще когда-то произошло, надо что-то уже сейчас делать с общественной моралью, огрубевшими нравами, зашкаливающим цинизмом и равнодушием к чужому горю и страданию.

Можно не быть оппозиционером и гражданским активистом, не подписывать письма в защиту политзаключенных, не интересоваться политикой и проч., но нельзя, как минимум, улюлюкать и злорадствовать по поводу репрессий, осуществляемых карательной машиной государства, потому что аппетит у этого зверя приходит во время еды. Собственно из отечественной истории XX века мы знаем к чему это приводит — и сейчас крайне важно было бы извлечь из этого хоть какие-то уроки, если, конечно, еще осталось внутри что-то человеческое.


Источник