Протопресвитер Александр Шмеман сегодня

1 неделя назад Шамиль Зарипов

Верю — не верю

На «Ахилле» опубликована заметка священника (в запрете) Дмитрия Свердлова «Отец Александр, вы опередили не только свое время, но и наше». Заголовок интригующий, но начало сразу же обескураживает меня: «Я уже давно, со времен Дневников, «не верю в Шмемана» и Шмеману». Утверждать, что отец Александр опередил время, и сразу же писать, что он ему не верит – это как-то противоречиво. Смотрим дальше.

«Его церковь — это церковь книг, это сферическая церковь в вакууме. К тому же он совершенно не знал русской церкви, быть частью которой он все же имел в виду, на которую он так или иначе оглядывался. Проблемы американской церкви, с которыми он столкнулся и от которых страдал, про которые писал в Дневниках и не только, и которые пытался решать, будучи высокопоставленным администратором — это вообще не проблемы, уж точно не проблемы русского православия».

Честно говоря, не знаю, что автор читал у о. Александра помимо Дневников. Это интересный источник информации о человеке, но кое-что не понимают и сторонники, и многие критики.

«Дневники» – это заметки «в стол», в этих тетрадках он писал свои мысли о семье, путешествиях, произошедших за день событиях и накипевшие мысли, многие из которых были порождены усталостью, иногда – злостью или недоумением. Можно найти неофициальные дневники и письма многих известных людей и даже святых – вы увидите там минимум елея. А если коснуться сравнения темы Американской или Русской Церкви – лучше взять большую статью о. Александра «Проблемы Православия в Америке». Кроме первой части, где описываются особенности взаимодействия разных юрисдикций, остальные наболевшие темы – литургическая, духовная, секулярная – всё это вполне актуально для современной России, а не только для США 50-80 годов, когда там жил о. Александр. Сферическая церковь в вакууме, говорите? Обоснуйте.

«Как сказал мой провинциальный приятель, его бы на полгодика да в наш кафедральный собор…» Думаю, отец Александр бы ничего нового не сказал. Все существующие в церковной ограде проблемы он, так или иначе, затронул не в одной работе, так в другой. Просто читать надо внимательно. Пути решения? Да, с этим сложнее. Но об этом позднее.

Как верить и жить по вере

Вопрос интересный, ставится он в следующей части размышлений священника Дмитрия:

«Сейчас я думаю, что о. Александр, как и некоторые другие святые, как и сам Христос — равно как и популяризаторы наследия Шмемана (от них же — не первый, но все же — есмь азъ) нанесли немало вреда православному духовенству. Потому что основным актуальным вопросом, если не для всей церкви, то для священников является вопрос не «как правильно верить» — а «как выжить, правильно веря». О. Александр же говорит только о первом; и не может говорить о втором, потому что никакого опыта бытия в реалиях русского православия у него не было. А без ответа на второй знание ответа на первый обрекает священника (и плотно привязанного к церковности мирянина) на мучительное существование жертвы церковной системы».

Итак, у автора типичное раздвоение. Он вроде что-то понял, прочитав Евангелие, святых, и современных церковных авторов. И обвиняет их всех в усложнении своей жизни. Надо сказать, в лучших традициях Великого инквизитора: «Зачем ты явился?» Вспоминая начало статьи «я не верю, он не понимает, реальная церковь другая», это ощущение усиливается. Вопрос хороший. Автор, как и многие верующие, не понимает, как жить в Церкви, в которой высок процент проникновения мира. Того мира, который победил Христос, но который никуда не делся после Его Распятия и Воскресения. Но правда ли, что у Церкви нет ответа на этот вопрос или даже у конкретного священника — о. Александра Шмемана не было опыта жизни в этой системе?

Священное Писание говорит нам словами Христа: «В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: Я победил мир» (Ин. 16:33). Писание говорит о недостойных пастырях, о том, что вокруг нас в Церкви есть грешники, о том, что Христос пришёл не для здоровых, а для больных. И во всём этом христианин призван быть человеком. Удивительно, парадоксально? Да!

Что же писал отец Александр Шмеман? Например, известная сегодня работа «Святая святым»:

«Я также убежден, что там, где Евхаристия и Причастие снова стали, по выражению покойного отца Сергия Четверикова, «средоточием христианской жизни», все эти вышеупомянутые трагические отступления и изъяны преодолеваются и уврачевываются. И это, конечно, не случайно. Ибо там, где церковная жизнь не основана прежде всего на Христе – а значит на постоянном живом общении с Ним в Таинстве Его Присутствия, – там неизбежно рано или поздно на первый план выступает какое-нибудь иное средоточие приходской деятельности: имущество, отношение к религии, как к «национальному культурному наследию», материальный успех… Там уже не Христос, а что-то мiрское или даже греховное будет не только преобладать, но также и разлагать церковную жизнь».

Вам есть дело до внешней или внутренней церковной политики? А что же происходит на вашем приходе? Там есть община, люди стремятся к участию в таинствах и изучению Православия? Я абсолютно солидарен с другим автором «Ахиллы», анонимным алтарником, который увидел, что в его храме вместо книг о Церкви Шмемана и Уминского, Хопко, Илариона (Алфеева) стали появляться известные брошюрки, а духовная жизнь прихода превратилась в формализм. Автор статьи сказал, что ушёл в модернистский приход – надеюсь, что к кочетковцам, а не куда-то ещё. Кстати, если бывший анонимный алтарник это читает – было бы интересно пообщаться.

Статья священника Дмитрия Свердлова опубликована на «Ахилле», ресурсе, где во всех бедах принято обвинять Патриарха и других архиереев, некую систему. Надо бы напомнить, что святое Евангелие и церковная история не дают нам никакой надежды на молочные реки и кисельные берега. Что нового произошло сегодня, чего не было в последние две тысячи лет? Многие статьи мне напоминают опусы всевозможных раскольников (новациан, стригольников, жидовствующих, богомилов, многих старообрядцев). Каждая группировка новых фундаменталистов утверждала, что было золотое время, а сейчас уже всё — баста, конец света, занавес. Но в церковной (да и в светской) истории никогда не было такого времени, если не считать периода жизни первых людей в раю. Очень жаль, когда люди из-за всего этого уходят от Бога, становясь атеистами и агностиками. Неужели в них победил враг рода человеческого?

Диссонанс веры и реальности

«Но основная претензия к о. Александру другая, она лежит в плане не его учения, а его личности. Из Дневников с очевидностью вытекает, что Шмеман жил в состоянии колоссального когнитивного диссонанса: реальность веры vs религиозная реальность (причем, что важно, диссонанс вызвала реальность американского православия, либерального, свободного, умноженного на значительную степень личной свободы — повторю, о. Александр был видным функционером OCA). Диссонанс этот не был ни решен, ни преодолен, и лишь отчасти проговорен — в тайных Дневниках, найденных в столе после его смерти, и после смерти опубликованных».

Я снова вижу противоречие в статье. С одной стороны автор доказывает, что отец Александр рисует некую сферическую Церковь в вакууме, с другой – что он жил в диссонансе. Жить так можно только осознавая несовершенство этой самой Церкви на фоне собственных представлений о ней. Но отец Александр не таков – он духовный воин. Зная несовершенство Церкви и будучи пастырем (как правильно замечает автор – высокопоставленным, членом высшего совета ПЦА), он старается эту границу стереть, всячески обличая и внедряя в своих учениках понимание того, что беспорядок – это беспорядок. Это как раз то, с чем отец Александр полемизировал. На мой взгляд, больше всего эта полемика проявляется в  «Беседах на радио Свобода», «За жизнь мира», «Водою и Духом», пастырско-богословских статьях и так далее. Действительно ли мы должны жить в этом мире, полностью подчиняясь ужасающему детерминизму, и лишь на пару часов в воскресенье (для «избранных» — ещё на пару часов в субботу), попадая в поле действия какого-то иного мира?

«Но вбросить в пространство рудиментарной церковности (а именно такова массовая церковность РПЦ) учение, ясное, мотивированное — и столь же противоречащее практике массовой церковности – ну, тут надо понимать всю ответственность это шага, дорогие коллеги… Цена этого «вброса» — личные драмы впоследствии репрессированных церковной машиной маленьких попиков, глотнувших свободы со страниц книг о. Александра».

Честно говоря, мне кажется, что автор на о. Александра обижен. А если вспомнить первые абзацы – так вообще ещё и на Христа, и на святых отцов. За правду, за то, что говорят о том, что и в этом мире, и в этой Церкви нужно быть христианином и человеком.

«Мы подставили многих и очень многих, обрекли их не только на внутренний конфликт (который может оказаться вполне спасительным в экзистенциальном разрезе) — но на мучительный конфликт с церковной системой, из которой нельзя выйти ни победителем, ни даже без потерь».

Увы, но я тут вижу конфликт не с церковной системой, а с падшим миром вообще. С теми тёмными силами, которым мы бросили вызов в момент крещения.

Реформация

«Вероятно, наследие и о. Александра (и м. Антония) — это для будущих поколений. Предположу, что для будущей православной реформации, вероятность которой по-прежнему не исключаю, но и не хочу гадать о будущем».

Я согласен с тем, что в Церкви требуется реформация, метанойя, изменение сознания. И нам нужны такие авторы, как отцы Александр Шмеман, Николай Афанасьев, Иоанн Мейендорф, Алексей Уминский, святители Иоанн Златоуст, Василий Великий или Феофан Затворник. Но в первую очередь нужны люди, которые чувствуют, что эти изменения нужны, и при этом всё ещё способные любить Православие… и Церковь. Ведь поменять можно только то, что любишь. Иначе получится типичное – всё сломаем, новый мир построим. Практика показала, что из этого получается мало хорошего.

«Сейчас, здесь и сейчас: гораздо актуальнее понимания исторических процессов формирования православия, анализа смысла таинств и чинопоследований — мудрое руководство по выживанию в концлагере церковной системы — с условием сохранения веры. Выжить без веры — понятно, как».

Именно понимание исторических процессов и возвращение осмысления Православия спасёт ситуацию. Реформация – да, но она начинается в голове и сердце у каждого, а не путём бунта и злословия.

«Отец Александр, вы опередили не только свое время, но и наше».

Отец Александр опоздал на многие века, как все его коллеги по парижской школе. «Вперёд, к Отцам» — говорили они, помогая появиться новым поколениям православных, осмысленно подходящих к своей вере, и способных дать православный ответ в сложном и сумбурном мире, не взирая на некоторый бардак в самой Церкви. Том мире, что ненавидит Церковь и Христа, но который Христос уже победил. Нам надо лишь воспользоваться плодами этой победы. Как? Об этом сказано в Священном Писании, у святых отцов, в книгах многих современных богословов. Хотите реформацию? Присоединяйтесь!

Читайте также: