«Шалишь, отец патриарше, — никому не отдадим свободы нашей!»

2 недели назад священник Виктор Пасечнюк

Этот год Церковь предлагала прожить в переосмыслении события, которое произошло 100 лет назад. А точнее, «Столетие октябрьской социалистической революции». Все церковные «чтения» проходили под лозунгом «осмысления» этой даты.

Но озвучено ли было «осмысление» в докладах тех, кто выступал на этих конференциях?

Почему народ уже ко времени революции так не любил духовенство?

Почему даже в деревнях большинство людей с особым воодушевлением ломало храмы, и было за устранение «поповской заразы»?

Может быть, Церкви нужно было переосмыслить, чем она так раздражала простой рабоче-крестьянский народ?

Что было не так?

Ведь не просто так попирается вера и верующие, а только, как сказал Спаситель, если вдруг «соль потеряет свою силу».

Вы — соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою? Она уже ни к чему негодна, как разве выбросить ее вон на попрание людям. (Матф. 5:13)

Когда дела тех, кто называется верующим, расходятся с тем, чему они учат, тогда приходит отторжение.

Корысть, гордость, властолюбие, сребролюбие — это не то состояние человеческого характера, какое должно быть у верующей души.

Наверное, всем причастным церкви нужно посмотреть на то, в чем обличалось духовенство революционных лет, чтобы переосмыслить эту дату так, как это требуется для исправление наших недостатков.

В юности, я помню, у нас было подписное издание Маяковского. Один том был с антирелигиозными стихами. После моего обращения ко Христу, я этот том выбросил… Маяковский — охальник тот еще!

Но сейчас самое время вспомнить некоторые вирши революционного борзописца.

Кулак с утра до ночи

обирает бедняка до последней онучи.

Думает мироед: «Совести нет —

выгод много.

Семь краж — один ответ

перед богом.

Поп освободит от тяжести греховной,

и буду снова безгрешней овна.

А чтоб церковь не обиделась — и попу и ей

уделю процент от моих прибылей».

Под пасху кулак кончает грабежи,

вымоет лапы и к попу бежит.

Накроет поп концом епитрахили:

«Грехи, мол, отцу духовному вылей!»

Сделает разбойник умильный вид:

«Грабил, мол, и крал больно я».

А поп покрестит и заголосит:

«Отпускаются рабу божьему прегрешения вольные и невольные».

Поп целковым получит после голосения

да еще корзину со снедью в сени.

Доволен поп, поделился с вором;

на баб заглядываясь, идет притвором.

А вор причастился, окрестил башку,

очистился, улыбаясь и на солнце, и на пташку,

идет торжественно, шажок к шажку,

и снова дерет с бедняка рубашку.

А бедный с грехами не пойдет к попу:

попы у богатеев на откупу.

….

Его святейшеству надо,

чтоб шли от царя рубли да награда.

Чтоб около помещика-вора

кормилась и поповская свора.

«Шалишь, отец патриарше, —

никому не отдадим свободы нашей!»

Переосмыслим ли уроки столетия?

Источник