А как уютно у них в комнатках!

5 месяцев назад Ахилла

Не утихает полемика вокруг книги Марии Кикоть «Исповедь бывшей послушницы». В нашу редакцию пришло письмо от защитницы чести и достоинства Черноостровского женского монастыря, которая почему-то не пожелала назвать свое имя. Мы публикуем это письмо, чтобы показать, что мы открыты разным мнениям. Нам кажется, что содержание и стиль письма говорят сами за себя.

***

Никогда не вступала ни с кем в общественные дискуссии. На мой взгляд, это безнадежное дело и пустая трата времени. Ведь никто никого не хочет слушать. Важно донести, а порой, извините, «вывалить» свою точку зрения, потешить свое ЭГО, показать «какой я умный».

Причин для этого масса: тщеславие, дешёвый авторитет, корысть… Редкий раз слышишь действительно искренние слова от души, от сердца.

Когда от души и от сердца, когда тебя по-настоящему кто-то или что-то волнует, ты не будешь оскорблять, унижать, вешать ярлыки.

Чтобы в чем-то убедить своего оппонента, надо найти с ним общий язык. На мой взгляд, автор «исповеди» даже не пыталась этого сделать.

И неудивительно. На это способен человек, уверенный в себе, внимательный к другим, спокойный и рассудительный.

Автор же производит впечатление мечущегося по жизни человека, в поисках своего места, своей веры, единомышленников и т.д. Похоже, злится и ненавидит она прежде всего себя. Это её разрушает. И осколки этого разрушения поражают окружающих её людей. Это моё мнение.

Да, забыла сказать о себе. Я не политик, не общественный деятель. Я самая обычная среднестатистическая мать семейства.

Очень больно было читать эту «исповедь». Я даже не могу понять, почему у книги такое название, не говоря уж об остальном. Ведь исповедь — это что-то очень личное, в чем даже порой самому себе трудно признаться. Она выложила все свои, с позволения сказать, умозаключения, аргументы и факты, как грязное белье, на всеобщее обозрение и полоскание. Разве это исповедь?

Говорят, делай что-то только тогда, когда уже не можешь этого не делать. Видимо, для меня это тот самый случай.

С некоторых пор я учусь не осуждать людей, стараюсь их понять. Хотя пока, не буду лукавить, дается это мне с трудом. Жизненный опыт показывает, что на каждое человеческое «негодяйство» есть свои причины. Только кто же хочет в этом разбираться?

У автора и её последователей, видимо, в жизни были какие-то стежки-дорожки, «загогулины» и извилистые тропы (впрочем, как у нас у всех в той или иной мере), спутники по жизни и много других обстоятельств, которые сформировали у них убеждение, что можно безнаказанно и бездоказательно очернять людей, которые в меру своих сил и возможностей помогают другим, помогают душе восстать из пепла, помогают в трудных жизненных ситуациях, помогают беззащитным брошенным ребятишкам. Я говорю о монахинях СВЯТО-НИКОЛЬСКОГО ЧЕРНООСТРОВСКОГО ЖЕНСКОГО МОНАСТЫРЯ в городе Малоярославец.

Это их призвание — помогать. Они это делают как могут. Может быть, кто-то сделал бы лучше, но… не делает.

Вот ты. Задай себе вопрос, как часто ты помогаешь другим, спасаешь от горя, от людского равнодушия, помогаешь в болезни?..

Да что там говорить про каких-то абстрактных других! Как часто ты проявляешь участие и заботу по отношению к своей же семье, к самым близким и дорогим?

Чем ты готов пожертвовать, чтобы, например, сохранить любовь и тепло в семье, сохранить счастливый блеск в глазах своих детей, их уверенность в том, что чтобы не случилось в их жизни, у них есть «тихая гавань», где они могут перевести дух? Или, может быть, ты готов хоть немного отложить свои дела и уделить больше времени старикам-родителям, которые так в этом нуждаются?

Если да, то ты заслуживаешь уважения. Правда!

А как по отношению к совершенно чужим для нас людям? Уже сложнее?

А в Черноостровском Свято-Никольском монастыре рады помочь всем — хороший ты или плохой, свой или чужой — в меру своих сил тебе помогут, выслушают, дадут совет, а если надо, то и приют.

Я вообще не представляю нашу жизнь без таких мест.

Ведь хорошо, если ты не одинок и у тебя есть место и близкие, куда бы ты мог прийти совершенно разбитый и истерзанный жизнью.

И, даже если у тебя всё хорошо, хоть изредка возникает желание с кем-то посоветоваться, излить душу, может быть, просто молча посидеть рядом. А если ты абсолютно одинок — ни друзей, ни близких? Что тогда? Куда идти?

И тогда счастлив тот, кого Господь приводит в Храм. Тогда человек спасён. Да, тебе ещё придётся преодолеть много трудностей, но ты будешь ощущать поддержку и чувствовать, что не одинок.

Меня, как православную, глубоко оскорбило сравнение православия с сектой! Хочется посоветовать автору ради пополнения жизненного опыта побывать в секте, а потом уже делать выводы, если, конечно, удастся оттуда выйти нормальным человеком, как она неоднократно выходила из многочисленных монастырей. Секта губит, а православие спасает!

Как можно было прийти к выводу, что вера зомбирует человека, заставляет постоянно испытывать чувство вины и т. д.?

Человек не ангел, и живём мы в мире, полном искушений, зачастую поддаемся им, но, главное, это осознать и покаяться. Господь простит.

Меня совесть мучает не только перед Богом, но и тогда, когда я совершаю неприглядный поступок по отношению к близким. Так что же мне и их возненавидеть или изгнать из своей жизни, потому что они заставляют меня мучиться?

Может дело не в вере, а в человеке? Как говорится, «не пеняй на зеркало…» Живи по чести, по совести, помогай другим по возможности, а Господь рассудит.

Но, если всё-таки в силу каких-то причин тебя настигло разочарование в вере, покинула сила духа, не надо кричать об этом всем, звать за собой, сеять сомнение. Ты уверен, что ты прав? Ведь многие могут тебе поверить. Ты готов взять ответственность за их души? Это очень тяжелая ноша!

Вернусь к монастырю. На мой взгляд, это необыкновенное место для прихожан. Островок тишины и покоя в нашем сумасшедшем мире. Душа постоянно рвётся туда.

В монастыре чувствуется не только Божья благодать, но и внимание сестёр-монахинь. Тебе все покажут, расскажут, если надо, проводят. Но за всем этим чувствуется невидимая рука Матушки Игуменьи. Именно она является источником тепла и заботы этого приветливого места.

А какие там детки, как светятся их глаза! Однажды, одна из воспитанниц приюта «Отрада» сказала мне (Матушка Игуменья в тот момент была в отъезде): «Мы ждём её с нетерпением. Когда её нет, мы очень скучаем, и всё как будто замирает вокруг. Без неё монастырь кажется пустым. А когда она возвращается, жизнь начинает бурлить, все встаёт на свои места».

Помнишь притчу про блудного сына? Много нас таких сыновей и дочерей бродит по земле. И я одна из них. Не по идейным соображениям я была неверующим человеком. Просто выросла в советское время, получила советское образование. Тогда нас воспитывали с точки зрения атеизма.

В храм я пришла (не просто пришла, прибежала) в трудную для себя минуту, когда была уже зрелым человеком, вышла замуж, родила сына. Это были 90-е годы…

Рядом со мной не было верующих людей, кто мог бы привести меня в храм за руку. Но меня будто кто-то толкал в спину. Иди… Тебе станет легче…

Я неслась на другой конец города. (Ведь тогда храмов было очень мало.) Вошла и… растерялась. Меня оглушила эта тишина и покой. Я заплакала… Ко мне подошла бабушка (воистину «божий одуванчик») и спросила:

— Деточка, тебе помочь?

— Да… Нет… Я не знаю… Я здесь впервые. Мне очень плохо. И я не знаю, что делать. И я некрещеная…

— Ничего. Господь всех слышит. Ты просто тут стой, а я за тебя помолюсь.

И мне стало легче. Позже я покрестилась. Проблемы разрешились. Я стала жить дальше…

Прошло много лет, пока я осознанно стала впускать в душу веру. И на это, в том числе, повлияла поездка в Свято-Никольский Черноостровский монастырь.

Я считаю, если мы встречаем таких, как Матушка Игуменья и её подопечные, которые, как могут, помогают другим и словом, и делом, и молитвами, мы лишь должны поддерживать их или, хотя бы, не мешать, не возводить на них напраслину, не клеветать. Не отнимать у них время, силы, здоровье, которые они могли бы отдать нуждающимся.

Представь, что ты кому-то помог, может быть, кого-то спас, а тебя позже обвинили во всех смертных грехах, объявили тебя подлецом и т. д.

Ну как себя вести в этой ситуации? Скажи мне. Я не понимаю. Оправдываться? Но это же глупо! Доказывать всем то, что и так очевидно? Или молчать? Тогда люди со временем поверят этой лжи, тем более, те, кто не видел спасения.

Все ли, кто возводит на монастырь напраслину, были там? Были ли они в приюте, говорили ли с ребятишками? Ведь невозможно не заметить их счастливые глаза и оттаявшие сердца!

Мне повезло! Я была с позволения Матушки Игуменьи Николаи, и, знаешь, я поняла, что мне есть, чему поучиться у этих девочек и их учителей. У них такая наполненная жизнь! Их обучают абсолютно всему: от домохозяйства до рукоделия, от пения и танцев до заботы о младших. В наших современных школах многого не хватает из того, что дают воспитанницам. Это не только знания в чистом виде, это умение заботится о себе, быть хорошей хозяйкой.

И, самое главное, там лечат их души, замороженные, а, порой, искалеченные.

А как уютно у них в комнатках! Каждая — особая, со своей обстановкой, своим дизайном. Матушка Игуменья Николая лично это контролировала. В комнате все продумано для учёбы и отдыха. Живут по четыре человека разного возраста, чтобы старшие приглядывали за младшими, а младшие брали с них пример.

В комнате для самых крох (к сожалению, есть и такие) много игрушек и специальная мебель для малышей. (Как можно было сравнить эту обстановку с казармой?) Весь двор был завален роликами, велосипедами, самокатами и другими штучками.

Чувствовалась забота друг о друге. У многих девочек похожие судьбы. Поэтому им легко понять боль друг друга и помочь.

Приятно было видеть, что девочки ценят то, что дают им Матушка Игуменья и сестры, и благодарны им.

Важно и то, что девочки не изолированы. Они с концертами ездят по миру, общаются с разными людьми, выезжают во время каникул на море.

Их готовят ко взрослой жизни (и вовсе не в монастыре). Им дают хорошее образование. Многие из них поступают в высшие учебные заведения.

Выпускают их тогда, когда девочка готова быть самостоятельной, но приют останется её семьей, где ей будут всегда рады.

Монахини-воспитательницы во главе с Матушкой Николаей не упускают из виду судьбы своих воспитанниц и при необходимости готовы помочь. Они счастливы, когда очередная выпускница, получив высшее образование, выходит замуж, рожает детей и живёт полноценной жизнью.

Однажды, я лично была свидетелем встречи Матушки Игуменьи с бывшей воспитанницей, которая приехала с мужем и своими детишками. И сколько же благодарности было в её глазах!

Отдельно хочется сказать о праздниках в монастыре. После великолепной службы всех прихожан приглашают в богато убранную трапезную, где практически всё сделано руками сестёр и девочек. Длинные столы накрыты различными блюдами. Удивительно, но угощения хватает на всех.

Воспитанницы приюта очень волнуются и, когда утихает первый шум, они начинают концерт. Выступают практически профессионально с огромной отдачей. Особенно трогательны самые младшие.

Каждый гость чувствует внимание к себе. В заключение Матушка Игуменья лично дарит всем подарки: и девочкам, и сёстрам, и прихожанам.

И тут понимаешь: всё, что посылает им Господь, они тут же стремятся отдать, поделиться. Если бы мы все так могли…

История монашества имеет глубокие корни, и начиналась с монахов-отшельников, которые никого за собой не тянули, ни к чему не принуждали. Это был их выбор, их путь служения Богу. И мы можем это только уважать.

Путь этот был очень тяжелым, полным лишений, ограничений и даже мучений. Возможно, в этом и смысл монашества.

Именно поэтому монашество далеко не каждому по плечу.

В Свято-Никольском Черноостровском монастыре правила гораздо мягче. И все же это монастырь со своим уставом, а, уж простите, не санаторий. Там жёсткая дисциплина, ну, а как иначе?

Это огромный организм, в котором у каждого своя роль. Если один элемент откажет, то расстроится и весь организм. Сестры это понимают. Они любят, уважают и слушают Матушку Николаю. Естественно, она бывает и строга с ними. А как без этого? Разве мы не бываем строги со своими детьми? Но ведь это во благо.

Автор «исповеди» своей книгой не просто досаждает Матушке Николае, она грозит разрушением всему тому, что Матушка Игуменья создала с Божьей помощью и при поддержке сестёр. А много ли добра принесла в этот мир автор, много ли создала?..

Мне кажется, если человек в наше безумное и стремительное время находит возможность делать добро, вряд ли он будет растрачивать себя, принося зло и боль другим.

Автор говорит, что монастырь калечит монахинь. Надо понимать, кто идёт в монастырь. Причины у всех разные, но, уверена, что на фоне полного счастья и благополучия человек вряд ли все бросит, ото всех откажется и покинет привычный ему мир. Многие приходят в монастырь уже психологически подавленными бедами, одиночеством, своими же грехами и др. И через молитвы, через труд, через поддержку сестёр-монахинь женщины оживают.

Однажды я была свидетелем следующий ситуации. Серьезно заболела одна из монахинь. Матушка Игуменья приложила все усилия, чтобы организовать ей лечение. Сестры днями и ночами молились за неё. И вот во время службы пришла благая весть — операция прошла удачно. Опасность миновала. Сколько радости было вокруг! А в глазах Матушки Игуменьи стояли слезы… Как после этого можно верить тому, что монастырь выбрасывает на улицу искалеченных душой и телом монахинь?!

Глядя на Матушку Николаю, я поражаюсь тому, как она со всем справляется! Она почти не спит, чтобы успеть всё: службы, беседы с сестрами, общение с девочками, организация быта этого монастырского муравейника и многое другое.

Поездка в Свято-Никольский монастырь изменила мою жизнь, мое мировоззрение. Принял крещение мой супруг, прожив полвека некрещеным (заслуга Матушки Игуменьи). Мы обвенчались, будучи в браке больше 20-ти лет. Матушка Игуменья, сестры и девочки устроили нам настоящий праздник. Я вновь почувствовала себя невестой. Это незабываемо!

Мне очень жаль, что кто-то посчитал допустимым взять на себя роль судьи. «Не судите лицемерно и не будете судимы лицемерно. Ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какой мерою мерите, такою и вам будут мерить» (Апостол Матфей, 7: 1–5).

ЗАВ

От Р.Х. 22.02.2017 н.с.


Автор письма предлагает по плодам узнавать людей. Но если все доброе, что якобы есть в монастыре, является плодом действий «Матушки Игуменьи», то не является ли таким же ее плодом и реакция на монастырь, критика со стороны бывшей послушницы Марии Кикоть и других ушедших из монастыря? И не относится ли призыв к нахождению общего языка, любви и заботы, и к авторам и участникам передачи на телеканале «Царьград», в котором четыре игуменьи защищают монастырь, монашество и чуть ли не основы православия от одной бывшей послушницы?..