Четверть века на аршин Русского мира

6 месяцев назад Ахилла

Известный в жж блогер-священник под ником Захар_кар_кар ответил на вопросы анкеты «Ахиллы» на своей странице в живом журнале.

***

Есть ли разница между Церковью, в которую ты пришел когда-то, и РПЦ, в которой оказался?

Тогда я не делал различий между «пришёл в Церковь» и «пришёл к Богу». Незадолго до моего обращения я читал Новый Завет, и на меня он произвёл сильное впечатление, такое, с которым невозможно жить спокойно, продолжая быть от Церкви на расстоянии. Очарование древностью и многообещающая свобода, коей государство наделило верующих, благополучно разминулись со мной где-то в самом начале моего христианского пути, потому что я уже успел разобраться к тому времени, что настоящее христианство подавляющему большинству людей будет казаться странным, непонятным, неприятным и посему оно будет гонимым всегда. 

Что изменилось для тебя за последние 8 лет власти Патриарха Кирилла?

Я поменял юрисдикцию ещё при покойном Патриархе, поэтому могу судить лишь о нескольких эпизодах общения с людьми Церкви. Посещая несколько епархий Московской Патриархии, я заметил, как девальвировало духовенство и в собственных глазах, и в глазах прихожан. Братство обесценилось, уважение к священному сану устремилось к нулю. Полагаю, это едва ли имеет отношение к личности нынешнего Предстоятеля, поскольку при Патриархе Алексии II-м эта усталость всех от всех уже начинала сказываться. 

Ощутил ли на себе последствия раздела епархий?

Да, ощутил. Сопереживая знакомым священникам, которые пострадали от аппетитов молодых епископов — ставленников нынешнего Патриарха. Со многими достойными пастырями я перестал контактировать, потому что места их служения сменились и номера телефонов, соответственно, тоже. Те же, с которыми ещё могу пообщаться, жалуются на непомерные амбиции и поборы со стороны этих новоиспеченных иерархов. Обиднее всего то, что с десятком этих новых епископов я общался молитвенно и лично, когда они были ещё рядовыми священниками.

Какие проблемы видишь в епархиальной жизни?

Отстранённость священников и их бездеятельность и косность. Никто не хочет думать своей головой, все ждут, что за них подумает и скажет епархиальный архиерей. Иногда это нежелание мыслить и что-то менять выражается в неприязни к «неспокойным» собратьям с готовностью быстрее занять сторону архиерея, если эти искания покажутся ему подозрительными или опасными, им же бросающими вызов привычным стереотипам и шаблонам. 

Каковы твои взаимоотношения с настоятелем, с братьями-священниками, с архиереем? Каковы отношения между священниками в твоей епархии?

Предпочитаю дистанцироваться от архиерея. Это личное. Отношения между нами почтительно-холодные и постоянное взаимное ожидание подвоха только усугубляет некоторые их стороны. Со священниками общаюсь мало, некоторые из них ценят мою независимую позицию и четвертьвековой опыт служения, просят совета, с некоторыми сообщаюсь сам ради сравнения взглядов. В основном, мой статус среди собратьев-священников здесь, в Зарубежье, можно охарактеризовать шестью словами: «свой среди чужих, чужой среди своих». Однако, выделить десяток самых ответственных и человечных могу в любую минуту, едва меня об этом спросят. 

Как живет обычный священник день за днем, без прикрас, без слащавой картинки для православной публики?

Ему приходится разрываться между мирской работой, служением священника, семьёй. Иногда, отработав неделю на производстве, можешь попасть впросак, когда для ответа на самый простой вопрос или для того, чтобы начать вечернюю, допустим, службу, с минуту будешь думать, что сказать. Это не оттого, что отупел за неделю, это потому, что в данный момент пытаешься прийти в себя и осознать, кто ты сейчас — священник или всё ещё рабочий (инженер, врач, учитель). Также, собираясь на какую-нибудь требу (крещение, погребение, освящение дома), всегда приходится иметь в виду, что тебя, возможно, забудут отблагодарить (или даже просто сказать «спасибо»), а так как ты сам не станешь напрашиваться, неплохо бы иметь в кармане деньги на обратную дорогу.

Как выглядит приходская жизнь глазами священника? Социальная, миссионерская, молодежная деятельность на твоем приходе, в твоей епархии – это реальность или фикция?

Без сильной общины приходская жизнь будет похожа на спектакль: пришли зрители, получили удовольствие от просмотра — и по домам. Пока в общине не будет активных людей, способных на принятие ответственных решений и инициатив, готовых помочь и поддержать любого её члена и даже отстоять общую правоту как перед священником, так и перед архиереем, как внутри, так и перед внешними, говорить о какой-то деятельности, миссионерской или молодёжной, рано. Я вспоминаю притчу о том, как отец семейства правильно воспитал старших сыновей и теперь может немного расслабиться, потому что младшие дети будут координированы старшими, как стая птиц в полёте. Так и в приходской жизни — когда община станет единым организмом, когда много времени её члены будут проводить вместе, когда их будут объединять общие ценности, и не только богослужение, тогда младшие и новые подтянутся и быстрее включатся в общинную жизнь, образуют цепочку добрых намерений и дел. Разнообразие талантов и профессий прихожан много соизволяют в этом. Так что отвечу — реальность. 

Как ты видишь прихожан, каковы ваши отношения?

Отношения у нас дружеские, можно сказать семейные. Лично меня укрепляет и мотивирует, когда моё какое-нибудь спорное или смелое мнение находит сочувствие и поддержку. Поэтому такие вопросы стараемся решать общинно, для сравнения взглядов, опять же. Также мы часто общаемся за храмом, организуем поездки и отдых на природе. Несколько раз даже служили Божественную Литургию под открытым небом. Часто наши молодые прихожане или их дети ставят спектакли по мотивам произведений Толстого, Чехова, Афанасьева. Иногда дни рождения отмечаем в приходском помещении при церкви. Самым маленьким родители сообща организовывают походы и поездки в центры развлечений, в зоопарки. Я этому рад.

Как выглядит финансовая жизнь обычного прихода, куда распределяются денежные потоки? Зарплаты, отпуска, больничные, пенсии, трудовая, весь соцпакет – как с этим обстоит?

Я ничего не могу сказать об обычном приходе, потому что наш необычен. Большая часть сборов уходит на оплату аренды помещения. Со второй частью вопроса у нас проблемы. Обеспечивать священника полностью община ещё не в состоянии, а священник не желает быть ей в нагрузку. Какая-то минимальная денежная поддержка имеет место, но не настолько, чтобы этого хватило на то, что вы называете соцпакетом. Несмотря на это, община может быть и уже была испытана, если кому-то из ближних или, на тот момент, дальних требовалась материальная или иная помощь. 

Как себя ощущает священник через 10 лет служения? Есть ли чувство правильного движения, духовного развития или регресс по сравнению с тобой, только что рукоположенным?

Десятилетний юбилей моего служения не был особенно заметен. Я готов признать, что двадцатилетняя отметка особенно сказывается на носителе священнической благодати, как, впрочем, и у простого прихожанина. Это как кризис среднего возраста у человека, только церковный. У меня было много разочарований, особенно это касается различных установлений Церкви относительно богословия и богослужения. Я понимал всю искусственность происхождения многих из них и это, вкупе с неприглядной стороной конфликтов и злоупотреблений даже среди отцов-участников Вселенских Соборов, подтачивало т.н. «первую любовь». Тем не менее, пришло и чувство собственной неприглядности и несоответствия, которое научило повергать себя перед Телом и Кровью Господа Иисуса с просьбой «да не в суд или во осуждение». Думаю, у молодых священников существует зацикленность более на своих сильных сторонах, нежели на недостатках и у них такого опыта ещё нет, или их Господь щадит до времени. Как говорят, «за одного битого двух небитых дают». Пресвитеры, прошедшие двадцатилетнюю отметку служения, у меня вызывают уважение. У них всё было: и прогресс, и регресс и их уже ничем не напугать — им всего будет мало.

Если отмотать назад – пошел бы опять в священники?

Нет. Мне очень близки переживания святителя Григория Богослова, которому посвящение в пресвитеры, а потом и в епископы принесло много разочарований и душевных ран. И я так же хотел бы уединения, что иногда становится настолько очевидным, хоть бери и уезжай в лесную глушь. Когда-то мечтал быть лесничим, до сих пор жалею, что предал детскую мечту. 

Нет ли желания уйти совсем: за штат, снять сан или в альтернативную церковь?

Альтернативную? Ну уж нет! Соблазны уйти бывают из-за тяги к уединению, как я и ответил выше, но только не так. Поклонение букве, а не Духу, не входит в мои планы. Я давно уже замечал, как адепты оных, чтобы не испытывать богооставленности, с головой уходят в некие второстепенные вещи: в Типикон, в обличение никонианства или сергианства, какие-то форумные освистывания священников Московской Патриархии, но на вопрос, чему учит Христос в той же молитве «Отче наш» и чего от нас ждёт, эти второстепенные, а также ненужные (я о критике не по разуму) вещи ответа не дают. Однажды я митрополиту Агафангелу (Пашковскому) задал вопрос, что бы он выбрал, положи я перед ним на столе Евангелие и Типикон. Он ответил мне: «Примите ислам и морочьте голову тамошнему имаму, а мне не надо!» Как в Неделю о слепом, помните: «Отвещаша и реша ему: во гресех ты родился еси весь, и ты ли ны учиши; И изгнаша его вон» Ин 9:34. Очень ценю иронию апостола Иоанна, описавшего этот евангельский момент. 

От чего больше всего устаешь?

От собственной глупости и лишних движений памяти, которая берёт на себя роль судьи, но безжалостна и неумытна, в отличие от Бога.

Есть ли разрыв между тобой-человеком и тобой-священником — насколько это разные люди?

Для того, чтобы это узнать, нужно поставить моего внутреннего священника в состояние конфликта с моим внутренним человеком. Что же это такое? Нельзя, но если очень хочется, то можно? Или стоять на страже и своих, и чужих чувств? Быть принципиальным? Скажу только, что другим я уступаю намного больше, нежели себе. В то же время я считаю, что можно быть хорошим администратором-епископом, или исполнительным священником, или смиренным монахом, но как христианину явно не добирать баллов. Мы же привыкли, что епископ или священник — это суперхристиане? Не многого ли мы хотим от них? Гвоздь, на который ты вешаешь подрясник или пиджак — один и тот же. Хотя да, подрясник дисциплинирует. Внешне. Но ведь мы сейчас не о внешнем говорим? 

Священство – благо для твоей семейной жизни или проблема?

Больше проблема, чем благо. Моей супруге часто приходилось быть женой декабриста, вместе со мной переносить ссылки в деревенские приходы со всем причисляющимся набором вводных. Мои дети очень непохожи на сверстников, слишком закрытыми им кажутся. Хотя, никто ещё меня не упрекнул. Жду. 

Каким видится будущее (собственное и РПЦ): ближайшее, лет через 10?

Будет война. Где-то раньше, где-то позже. Официальная церковь будет не готова к ней, ибо «уны, и отолсте, и одебеле». Поэтому она потеряет всё и сразу. На местах люди будут более доверять священникам, нежели тем же митрополитам и епископам. Епископство, как институт, сохранится и сделает выводы на будущее. Люди окончательно определятся, на стороне добра или зла они желают оставаться. Островки человечности будут очень привлекательны и для тех, и для других. Церковь устоит и очистится. Но будет гонима.

Источник

Читайте также: