Эффект личного присутствия

4 месяца назад Наталья Фадеева

Сегодня случилось побывать на службе в маленькой церкви в городке Glen Cove, штат Нью-Йорк. Название не буду переводить с английского: Intercession of the Holy Virgin and Saint Sergius (Russian Orthodox Church outside of Russia). Это от меня далеко, почти 100 км. Поехала по просьбе родного человека, у которого сейчас проблемы. В общем, что называется «не собственной корысти ради». Пришлось встать ни свет ни заря, чтобы попасть на службу вовремя. Сама бы вряд ли собралась бы, но ради любимых чего не сделаешь?

Ехали-ехали через малоинтересные американские городки, застроенные красным кирпичом, а приехали к сказочному русскому теремку. Внутри тоже все было волшебно, но я постеснялась сфотографировать. Церковь маленькая, уютная, много резьбы по дереву, тема сказочного теремка продолжена и развита. При том, что прихожанка из меня никакая, я окунаюсь в службу и чувствую себя как дома. Это очень странно, если подумать. В «генетическую память» верю, но эту связь с православием объяснить не могу. С другой стороны, отрицать тоже не могу. Имеет место быть.

Перед службой читала жена предыдущего, ныне покойного настоятеля. Читала спокойным низким голосом, без пафоса, и мне становилось легче. Перед тем, как ехать, я думала, что раз буду на службе, то нужно решить, о чем молиться. Но этот консумеризм сразу отпал. Не хотелось ни о чем просить. Просто было хорошо там быть. Кстати, думала, что не пойму церковнославянский, но никаких проблем не было. Немного удивил акцент дьякона, но потом я узнала, что он родом из Чили. Приехал в США, выучил русский, чтобы служить в православной церкви. Хор был небольшой, но чудесный.

После службы мы перекусили при церкви, поговорили со священником, он тоже из Москвы. Познакомились с очень милой молодой женщиной, Региной, также москвичкой. И вот что нам рассказала Регина. После революции в Glen Cove образовалось поселение белых эмигрантов. В 1949 князь Белосельский-Белозерский выкупил несколько участков и основал дом для престарелых. В одном из зданий находилась церковь. Постепенно было построено то здание, что стоит сегодня. Архитектором был один из прихожан. По словам Регины, неподалеку от этой церкви находятся еще два православных храма. Возможно за счет этого людей было немного, порядка тридцати пяти человек. Уютно.

И сейчас как-то тихо на душе. Интересно вот что. Я это раньше замечала с действительно сильными буддийскими учителями, а сегодня почувствовала в разговоре с московским батюшкой из Бирюлева, волею судеб встретившимся мне в Америке. Это эффект личного присутствия. Вот можно читать книги, размышлять, думать, что понимаешь, и в то же время задаваться вопросами. А потом встретишь человека, он тебе скажет пару слов про Григория Паламу, и как-то все станет на свои места. Не то, что вдруг знаешь больше, но чувствуешь по-другому. Веришь, одним словом.

Спокойный такой батюшка, лет около пятидесяти. Пока мы с Региной в столовой разговаривали, он сходил в больницу по соседству, причастил. Еще какие-то дела сделал. Уже все ушли, когда он к нам в столовой присоединился. Нашел, что оставалось от еды, поел, с нами поговорил. Оказалось, что он еще заведует кафедрой библиотечных технологий в одном из небольших колледжей в Бруклине, преподает. Я же скептик и «сама все знаю», а тут притихла и внимала. Вот оно, смирение, которое меня так давно интриговало.

Вот сколько всего интересного за один день. И хочу сказать сомневающимся. Знаете, мы миряне разные, но всем нужно одно, мне кажется. Утешение. И возможность давать его людям — это огромная сила. Спасибо.