Мы уже всех просветили, замолили и запостили. На бумаге

2 недели назад Ахилла

Очередной священник принял участие в нашем проекте «Исповедь анонимного священника».

Присоединяйтесь, отцы, и не забывайте о конкретике и импровизации: вы можете добавить и свои вопросы, можете опустить те, на которые вам нечего ответить. И разумеется, вопросы плана «как живет священник день за днем» и подобные относятся не вообще к абстрактному священнику, а к самому отвечающему.

***

Для чего я решил заполнить анкету – в надежде, что среди читающих «Ахиллу» найдутся и те, кто неустанно трудится в кулуарах Московской Патриархии. Мне думается, через такое опосредованное обращение им будет небезынтересно узнать о том, как живут епархии, находящиеся за чертой Московской кольцевой автодороги, и, возможно, хотя маловероятно, они смогут донести, пусть в неком гипертрофированном виде, до сведения Главного Уполномоченного по сбору доходов в РПЦ, что думают о Его Величестве простые люди.

Есть ли разница между Церковью, в которую ты пришел когда-то, и РПЦ, в которой оказался?

По моим субъективным ощущениям есть: я пришел в начале 90-х, тогда было много энтузиастов, много открытых горящих сердец. Церковь, недавно вышедшая из гонений, была бедная, простая, не наглая, в чем-то загадочная, манящая, вызывающая сочувствие даже у некоторых атеистов. Сейчас это ушло, на смену пришли противоположные качества.

Что изменилось для тебя за последние 8 лет власти Патриарха Кирилла?

На мой взгляд, изменения есть, и они коснулись не только меня – много проведено реформ, формальных, на бумаге, для создания ощущения бурной деятельности и значимости в глазах государственной власти и простых людей.

Добровольно-принудительные поборы на личные подарки патриарху последних двух лет удручают. При широко распиаренном отказе от цветов, на Высочайший Юбилей, День Высочайшей и неповторимой Интронизации, на Именины, с каждой епархии были собраны внушительные суммы, озвучивать которые просто не хочется, стыдно.

Патриарха я уважаю и усердно поминаю, конечно, он – наш Главпахан (простите за выражение), деньги и отчеты выбивать умеет. Если что не по нему – растопчет быстро, как и полагается. Именно так я ощущаю его понтификат. Папа Франциск просто скромняга в сравнении с нашим Предстоятелем.

Ощутил ли на себе последствия раздела епархий?

Конечно, ощутил, думаю, что все ощутили. Периодически значительно увеличиваются взносы с приходов, активизировалась бумажно-отчетная деятельность по разным направлениям, практически всех уже катехизировали, всех социально опекаем, в общеобразовательных школах всех просветили, замолили и запостили, молодежь в огромных количествах батюшкам и бабушкам просто в храм войти не дает, пристает с вопросами – чем помочь, куда пойти поволонтерить. Все это на бумаге, конечно.

Какие проблемы видишь в епархиальной жизни?

Исходя из вышеописанного, проблемы вижу в формализации и бюрократизации церковной жизни в целом, благочестивые словеса и намерения выставляются напоказ, а во внутреннем пользовании считается достаточным довольствоваться обрядово-ритуальной практикой, совершая тем самым «относительно честный отъем денег у населения», не давая взамен не только духовного просвещения, а порой и простого человеческого внимания и сочувствия. Очень сложно вырваться из этой засасывающей парадигмы церковной жизни.

Каковы твои взаимоотношения с настоятелем, с братьями-священниками, с архиереем?

Старюсь держаться со всеми ровно, как это ни парадоксально, искренние и доверительные отношения в нашей среде – редкость. После определенной проверки временем, с некоторыми собратиями можно говорить о чем угодно, как-то по силам помогать друг другу, это радует.

Каковы отношения между священниками в твоей епархии?

Да по-разному, есть какие-то небольшие междусобойчики, маленькие дружественно настроенные между собой компании, но в целом все настроены настороженно и недоверчиво. «Блюдите, како опасно ходите…»

Как живет обычный священник день за днем, без прикрас, без слащавой картинки для православной публики?

Могу только за себя сказать, стараюсь везде одинаково себя вести, конечно, перед прихожанами, во избежание соблазна и кривотолков, стараюсь слишком открыто не говорить о своих взглядах, как могу позволить себе дома, среди близких друзей. Из-за обрядовой зацикленности многих прихожан на внешнем, типиконном благочестии, я стараюсь высказываться достаточно мягко, потихоньку «подтачивая» этот кремень фарисейской праведности проповедями, беседами. Этот перекос вообще считаю огромной проблемой Русской Православной Церкви. Обрядоверие наше налицо, Господь вынужден оттесниться в сторонку, Его пример и призыв мало кому и редко бывают интересны, куда важнее Его сила, помощь, защита и другие различные бонусы во временной и Вечной жизни.

Как выглядит приходская жизнь глазами священника? Социальная, миссионерская, молодежная деятельность на твоем приходе, в твоей епархии – это реальность или фикция?

Я выше уже описал, что, конечно, все это фикция. Кто имеет желание и возможность, тот занимался и будет заниматься без бумажных предписаний и отчетов с молодежью, стариками, одинокими, будет придумывать миссионерские проекты и т.д. Остальные – с каждым годом будут преуспевать в написании красивых слов для отчетов и в искусных фотосессиях с подвернувшимися под горячую руку «опекаемыми».

Как ты видишь прихожан, каковы ваши отношения?

Просто хочется спеть песню: «прихожане бывают разные… и всем обязательно хочется на чем-нибудь заморочиться». Кто на антиэкуменизме, кто на антиИННизме, кто на собственном великом благочестии, кто на восстановлении монархии, за Русь Святую – Третий Рим хочет порвать всех, кому-то достаточно это сделать с соседом, злыми колдунами вокруг, или тещей, на худой конец. Ну, а Церковь должна способствовать всеми силами, понятно. От этого грустно, радует, что не у всех сознание все же окончательно заматерело, есть возможность «обратной связи», все не так плохо, есть время и поле деятельности для трудов.

Как выглядит финансовая жизнь обычного прихода, куда распределяются денежные потоки? Зарплаты, отпуска, больничные, пенсии, трудовая, весь соцпакет – как с этим обстоит?

Все сотрудники допенсионного возраста работают по трудовой, делаются необходимые отчисления, по возможности больничные и отпуска стараемся оплачивать, с переменным успехом. Епархиальные аппетиты молодой епархии после раздела митрополии быстро растут, не поспеваем собирать необходимую финансовую «снедь».

Как себя ощущает священник через 10 лет служения? Есть ли чувство правильного движения, духовного развития или регресс по сравнению с тобой, только что рукоположенным?

После 10 лет ощущаю, что я все больше изменяю типикону и перехожу на внеуставные отношения, остается надеяться, что от духовного «дисбата» меня может спасти то, что все больше ощущается внутренняя потребность в Евангелии, желание вникать в него и хоть понемногу, хоть как-нибудь, искренне, потихоньку двигаться к тому, чтобы жить Им.

Если отмотать назад – пошел бы опять в священники?

Пошел бы, но постарался бы сначала улучшить исходные данные – получить хорошую профессию, нормальное образование. Если найдутся усердные юноши, обдумывающие житие свое – буду ориентировать их прежде всего на нормальное образование и профессию, на то, чтобы стать самостоятельными людьми, а не безличными винтиками системы, а уж потом можно будет пробовать обсудить вопрос о священнослужении.

Нет ли желания уйти совсем: за штат, снять сан или в альтернативную церковь?

Пока не гонят – нет, здесь пока вижу смысл и пользу для людей. Но вот, если бы было хорошее образование, наверное, все же ушел бы за штат, чтобы работать и служить, по возможности,  вне постоянной зависимости от перекосов и заскоков системы – «темного двойника» Церкви.

От чего больше всего устаешь?

От кругового лукавства и лицемерия, от несоответствия слов и дел во всей церковной жизни в целом, которые, к сожалению, становятся мейнстримом. Но, возможно, и наши предшественники от этого также страдали. Как могу, буду с этим бороться на своем личном уровне.

Есть ли разрыв между тобой-человеком и тобой-священником — насколько это разные люди?

Не могу жить в лицемерии, это самое противное совместительство. Приходится, встречая особо чувствительных к внешнему благоговению и благочестию, насколько это возможно, подстраиваться к их привычкам. Особенно, если людей видишь первый раз или знаком совсем недавно. Но, в целом, везде стараюсь быть вроде одним и тем же.

Священство – благо для твоей семейной жизни или проблема?

Местами благо, местами – тревожное ощущение зависимости, неприятно осознавать, что невольными заложниками дурости епархиальных властей становится вся семья.

Каким видится будущее (собственное и РПЦ): ближайшее, лет через 10?

«Будущее кажется сном, томит наболевшую грудь…» Пока набирают обороты всяческие попытки «силового» насаждения благочестия и защиты веры – доверие к Церкви будет все больше падать, при внешнем умножении количества храмов и различных «душеспасительных программ». Если государственная поддержка закончится – и финансовая и моральная, придут времена тяжелые внешне, но внутренне Церковь очистится, оздоровится. Я верю, что это произойдет. Без этого мы просто постепенно станем солью, потерявшей свою силу.

Читайте также:

Поддержать «Ахиллу»:

Яндекс-кошелек: 410013762179717

Карта Сбербанка: 4276 1600 2495 4340

PayPal