Поминальная молитва

3 месяца назад Лина Старостина

Вы думаете, что пробовали лучшие на свете блины? Ничуть не бывало. Моя мама печёт их так искусно, что они скорее напоминают кружевной воротничок из небелёных ниток. Тонкие, прозрачные, со слегка поджаристой корочкой по краю. А вкус! Нежные, чуть-чуть с кислинкой. Мама готовит несколько блинных башен, чтобы всем чадам и домочадцам хватило с лихвой.

— Мамусь, на масляную напечёшь побольше?

— Ну зачем мне сразу два супа? Приедет Колька, отдай ему борщ.

— Сегодня у Шушки выставка, она тебя ждёт.

— В прошлый раз ты передавала консервированный перец, у нас ещё остался.

— Как можно таскать такие тяжести в твоём возрасте? Я знаю, что клюква полезная!

— Нет, не повела сегодня в школу, что ей закапать от насморка?

— Да, тоже пойду на выборы.

— Уже закончила вышивку? 

— Нет, мам. Тишка приедет к тебе познакомить со своей девушкой, я её не видела.

— Если не помогает сердечное, надо вызвать скорую! Хорошо, я сама, я бегу к тебе, мам!

Тогда, в первый раз, всё обошлось. Её хирург вызвал меня и сказал:

— Удивительная пациентка, сохранить на девятом десятке такой острый ум!

Всё посмеивалась: зачем вам столько сил тратить на негодную старуху? Чего я здесь не видела за 80 с лишком лет? А на том свете много приличных людей, куда лучше компания подбирается!

До сих пор мои детские дни рождения я вспоминаю как остров счастья. Как только я открывала глаза, солнце врывалось ко мне, чтобы обласкать и понежить каждый букет, их было несметное количество, они были на полу и на столе, забирались на шкаф, кружили хороводы у моей детской кровати.

А подарки! Самые чудесные куклы, наборы цветных карандашей, вытянувшихся в радугу, и книжки, волшебные, в лакированных обложках —мой любимый Оле Лукойе не разлучался со мной лет до двенадцати. Я садилась прямо на пол и читала, любовалась, мечтала, придумывала и рисовала. И только когда я уже наиграюсь, заходили мама и папа, и радостный день удивлял меня пирожными и конфетами. Потом в кино с мультфильмами, потом, потом, потом…

Вторая операция на сердце даже не закончилась, мамино сердце остановилось, и все эти огромные и умные приборы не смогли ей помочь. Она лежала, вся обмотанная проводами, трубками. На чёрном мониторе высвечивались неправильные цифры, и линия, которая должна была рисовать горные пики, упрямо чертила низкие холмы.

Теперь предстояли неприятные, наполненные бесконечными хлопотами дни.

Заказать, оформить, оплатить, оповестить родственников.

— Во сколько?

— Мы соболезнуем.

— Можешь сказать брату?

— Это так неожиданно…

А ещё нужно готовить поминки, накрыть на стол. Господи, что там нужно ставить на стол? Блины? Ну, конечно, блины! 

Сейчас. Сейчас. Я только маме позвоню…

Фото: vsetsaritsakazan.cerkov.ru