Спасибо американским миссионерам

4 недели назад Ксения Волянская

Продолжение цикла интервью из рубрики «Исповедь захожанина».

***

Наталья Г., преподаватель вуза

Крещение

Не помню точно, когда я крестилась, может быть, курсе на втором, на третьем, в 90–91 году. По душевности это было примерно как прием в пионеры. Крестной у меня была подружка, она ни тогда не была православной, ни сейчас. Помню, что во время крещения у женщины, которая шла впереди, загорелись волосы, наверно, кто-то свечку держал неаккуратно. Крещение я воспринимала как собственную декларацию, что Бог есть, а то, что я при этом крестилась в православном храме — скорее случайность.

Первый мой муж был неверующий, и в числе его страхов был страх, что я уйду в монастырь, хотя никаких оснований для таких фобий не было.

Со старшим сыном я придерживалась теории: вырастет — сам разберется, но потом я ее отвергла, и решила его крестить. Когда его обследовали врачи перед школой, ему такой букет всего написали, что это меня просто вышибло из колеи. В одну из ночей перед тем, как его должны были госпитализировать, несмотря на то, что ничего угрожающего жизни там не было, какие-то вялотекущие хронические процессы, я пережила состояние панического ужаса, и тогда я поняла, что не буду больше откладывать его крещение. Ему было около 7-ми тогда, младшему было 2 года. И у нас одновременно крестились старший, младший и бабушка, моя свекровь. Сейчас старший, ему 23, очень скептически относится к православию, крестик не носит.

Американцы-миссионеры и Библия

Лет через десять-двенадцать после крещения я стала вести русский язык как иностранный, в основном преподавала американцам-миссионерам — баптистам и пятидесятникам, мы с ними постоянно переводили фрагменты Евангелия. Занимались каждый день в течение года. Соответственно, я тоже стала как-то образовываться, регулярно читать комментарии и сами библейские тексты. Они, конечно, меня что-то спрашивали о православии, я искала, смотрела, и все больше убеждалась, что в протестантизм я не хочу. Но для меня это был реальный пример, когда люди могут жить, руководствуясь заповедями. Например, была у них машина, которую они называли «злой». Что-то у нее было с тормозами, они периодически отказывали, и как-то раз машина эта сама покатилась и стукнула джип на заправке. Владелец этого джипа, конечно, негодовал и кипятился, а женщина-миссионер (теперь она моя подруга, я считаю, что она практически святая) пригласила его к себе на обед вместе с супругой, пообщалась с ними, и в итоге он попросил у нее Библию, отнес ее на работу.

Общение с американскими миссионерами оставило в моей жизни глубокий след. Наших всех священников я все равно боюсь. Боюсь к ним подойти, спросить что-то.

Православие и дети

И лет через 5–6 после этого что-то подвинулось у мужа — уже у второго, нынешнего. Он крестился, и потом у нас начался сложный период. Но крещение сыграло роль маяка, когда все было очень плохо. Мы просто оба шли в одну сторону, и поэтому там получилось снова встретиться. После того как муж крестился, он все перевернул в семье, у нас начались посты — он начал сам, а я присоединилась. Много читали и слушали: митрополита Антония Сурожского, Кураева.

Посещали службы, хотя не могу сказать, что каждое воскресенье. Но потом нас стало больше. Когда у нас родились дети — погодки, а еще и старшие были, то есть их стало четверо, все стало труднее — у меня не было «программы многодетной матери», когда «сидит, как на стуле, двухлетний ребенок у ней на груди», а кругом по церкви бегают другие. И потом (говорила я себе), сказано же, что «где двое или трое соберутся во имя Мое, там Я посреди них». Теперь мне кажется, что пойти утром в воскресенье в церковь — это вообще подвиг, воскресенье — единственный день, когда можно с утра не вскакивать и не бежать никуда.

В 2011 году я пошла на библейские курсы в Ново-Тихвинском монастыре, и одновременно ходила с мужем в школу приемных родителей.

В 2011 году мы обвенчались и через год взяли двоих приемных детей, подавали заявление на девочку, но оказалось, что у нее есть брат. К тому моменту мы раза четыре в год ходили на исповедь или причастие в храм Рождества Христова, туда же мы привели крестить приемных детей, предварительно договорившись со знакомым священником. Но когда пришли, оказалось, что крестить будет другой батюшка, и что стоить это будет по 2,5 тысячи на ребенка. Мне показалось, что это многовато для многодетной семьи. Священник вздохнул и сказал, что сейчас строится Елизаветинская церковь на Уралмаше, поэтому «велено брать». Муж как-то легко отнесся к этому, принял как пожертвование, а я до сих пор не считаю, что это правильно. Остался неприятный осадок после этого.

Пост, причастие, богослужение

Как-то раз ездили на Рождество в Слободу, в Коуровку, там очень красиво зимой. Исповедовались мы тут, в городе, а причаститься хотели там, и нас не допустили. Вот я думаю: ну, допустим, что мы не исповедовались, обманули, но ведь это на нашей совести бы было?

храм в селе Слобода Свердловской области

Из неприятных моментов могу вспомнить только эти два. Мне никто не советовал на исповеди какую-нибудь чушь, никто мной не пытался манипулировать.

Раньше думала: ну вот еще немножко и ты поймешь, что́ в церкви поют и читают, но ты так ничего и не поняла, а они все бубнят себе под нос, зачем это все, для кого? Даже у чувашей — часть службы идет на чувашском, часть на русском.

Пост мы с мужем соблюдаем, втянулись. Летние посты плохо получается, особенно когда едем куда-то. Если в сторону Казахстана едем — там вообще все с мясом. Завтракаю в посты сейчас я все равно с молочным, думаю, что лучше йогурт съесть, чем на людей кидаться, потому что от каши и тостов в пост я быстро устаю.

У моего второго сына девушка верующая и воцерковленная, и в этом году он немного попостился. А другие наши дети едят все, не постятся. Но интересуются, что такое пост и периодически пробуют. В этот период готовить никому не хочется, поэтому они на сосисках и колбасе в основном.

В Новый год у нас пост, мы едим рыбу, а в Рождество делаем печеньки. И тут мы взяли кое-что от протестантов. Для них наши многоквартирные дома — это был отдельный ужас, они же все из коттеджей, и они здесь, чтобы обжиться и познакомиться, ходили к соседям, угощали чем-нибудь. Когда мы переехали с детьми в другой дом, я подумала, что надо тоже как-то познакомиться, это было перед Рождеством, мы напекли имбирное печенье и пошли. Детям это нравится. Каждый год собираемся выучить колядки, но так и не собрались. Некоторые соседи уже ждут нашего прихода. Такая у нас традиция. Это единственная форма миссионерства у нас в семье.

Второй сын, 17-летний, со своей девушкой ходит в церковь. А мы сейчас ходим раза два в год — на Пасху и на Рождество.

Слом надежд

И я и муж — у нас все синхронно. Я себя ощущаю, как человек, который пережил какой-то слом надежд… Несколько лет назад в церкви началось такое, от чего хочется в сторонке постоять. Ясно, что в церкви примерно то же самое, что в стране. Все диски с беседами патриарха Кирилла, которого мы когда-то слушали, я ликвидировала и решила, что он для меня точно не авторитет.

Не могу сказать, что я стала менее верующей. Наконец-то я целиком прочитала Библию, стараюсь ее в пост читать. А муж у меня вообще — второй Андрей Десницкий. Читает Библию на всех языках, и по-английски, и по-церковнославянски, и на французском у него есть, сравнивает с Кораном, который читает по-арабски. Каждый вечер читает, он, можно сказать, там живет. Бывает, что молимся вместе — о ком-то или о чем-то. Я наизусть знаю только Отче наш, молитвы Святому Духу и Богородице, а процедуру утренних и вечерних правил так и не освоила.

Не могу сказать, что я хотела бы жить в общине. Единственное, чего мне жаль — это исповеди и причастия. Но что на исповеди рассказать, я не знаю. Когда я регулярно исповедовалась, то пришла к тому, что грехи у меня все одни и те же. Ходишь как попугай: раздражаюсь на детей, раздражаюсь на детей. Сейчас я уже год, наверно, не была на исповеди.

Читайте также:

Если вам нравится наша работа — поддержите нас:

Карта Сбербанка: 4276 1600 2495 4340

С помощью PayPal

Или с помощью этой формы, вписав любую сумму: