О войне — с христианской точки зрения

3 недели назад Егор Владимиров

Третье воскресенье ноября в Германии – день национального траура, день, в который вспоминаются все немецкие граждане, погибшие на поле боя как на территории страны, так и за ее пределами, а также те, кто стал жертвой государственного террора. В этот день парламент страны собирается на внеочередное заседание, на котором присутствует глава государства, и перед политиками выступают самые разные люди, которые делятся своим личным опытом и говорят о том, что главная задача власть предержащих – это не допустить новой войны.

В этом году на торжественном заседании парламента в числе прочих выступали и российские школьники, и речь одного из них, Николая Десятниченко из Нового Уренгоя, стала одной из главных новостей в РФ. О чем же говорил российский юноша немецким политикам? Он просто рассказал историю одной из жертв войны – 22-летнего немецкого зенитчика, который, как и четверть миллиона его товарищей, попал в плен под Сталинградом. Домой из этих солдат вернулось всего шесть тысяч. Школьника настолько затронула судьба этого молодого немецкого солдата, что он сам поехал на место его смерти и захоронения в Челябинской области, где увидел, по его словам, «могилы невинно погибших людей, среди которых многие хотели жить мирно и не желали воевать».


Именно эти слова юноши, закончившего свое полутораминутное выступление фразой о том, что он надеется на то, что на Земле восторжествует здравый смысл и мир больше никогда не увидит войн, и стали причиной настоящей истерии в РФ – депутаты разных уровней, от местных ямальских до членов Совета Федерации, стали оперативно направлять доносы в прокуратуру, ФСБ, департамент образования и прочие «компетентные органы» с требованием «разобраться» и с самим школьником, и с его родителями, и с его учителями. И только мэр Нового Уренгоя выступил в защиту молодого человека, сказав: «Ученик поделился своими открытиями о том, что не все немцы хотели воевать, многие хотели просто жить мирно. Это ни в коем случае нельзя расценивать как отношение мальчика к фашизму». Странно, что эта очевидная мысль не пришла в голову никому больше.

Тема Второй мировой войны – до сих пор одна из самых болезненных во всем мире. Всего за 10 лет, с 1939 по 1949 годы, война и последовавшие за ней этнические чистки и локальные конфликты унесли жизни более 70 миллионов человек (по самым консервативным оценкам). И до последнего времени казалось, что сложно найти в мире здравого человека, который бы хотел повторения этого кошмара, в котором политики уничтожали в кострах своих амбиций десятки миллионов людей. К сожалению, в нынешней РФ слоган «1941-1945 – можем повторить» свидетельствует не об общественной опасности того, кто его произносит (потому что человек, который хочет повторить уничтожение по меньшей мере 27 миллионов своих сограждан, безусловно опасен для общества), а о том, что произносящий этот человеконенавистнический слоган гражданин является «социально близким» для нынешней насквозь пропитанной милитаризмом российской политики.

И ничем иным, как чудом, не объяснить то, что в обществе, где на телевидении царят не оруэлловские «пятиминутки ненависти», а как бы не «двадцатичетырехчасовки ненависти», где с амвонов идет проповедь «священной войны», может появиться школьник, не одурманенный милитаристской пропагандой, говорящий о том, что никакая война не может быть оправдана, потому что ничем нельзя оправдать стройные ряды одинаковых могил молодых парней, которые всего лишь пошли на войну «по призыву Родины» и которые были убиты из-за амбиций умных, вежливых и хорошо воспитанных людей, за редким исключением окончивших свою жизнь в собственной постели в преклонном возрасте.

Да, это непопулярная позиция – призывать милость к пленным и ужасаться тому, как с ними обращались. Да, это очень сложно – осознать, что по ту сторону прицела сидит такой же, как и ты, молодой парень, который больше всего на свете так же, как и ты, хочет домой. Но это – единственно верная позиция, потому что, когда ты видишь по ту сторону прицела не страшного врага-инопланетянина, которого надо убивать всегда и везде, а такого же человека, как и ты, нажать на курок намного труднее.

И это – христианская позиция. А все то, что говорится с высоких трибун и сановных амвонов о «священной войне», к христианству никакого отношения не имеет. И грустно, что об этом нам, взрослым, должны напоминать дети. И радостно — оттого, что дети, в отличие от многих из нас, понимают, что войны в этом мире больше быть не должно. Хотелось бы, чтобы это понимание пришло и к нынешнему российскому обществу, которое тяжело больно милитаризмом.

Читайте также: