Обида на Церковь

1 неделя назад Алексей Плужников

Часто слышу в адрес нашего проекта, наших авторов (да и вообще критиков порядков в РПЦ) такой упрек от лояльных верующих: «Да это у него обида на Церковь!»

Мне думается, в такой формулировке заложена подмена понятий, которая ведет к определенным выводам.

О чем чаще всего пишут некоторые наши авторы:

  • Человека обидел архиерей (как у нас было в рассказе сельского священника, которого унизил и оскорбил архиерей, обозвав лжецом, тунеядцем и бесноватым на том основании, что у того нет денег на строительство храма в бедном селе). Или в своих анкетах священники рассказывают о беспределе архиереев;
  • Игуменья превратила монастырь в рабовладельческое поместье, где все сестры находятся в унижении, их морально и физически третируют, где процветают лицемерие, ханжество и стукачество (история Марии Кикоть или монахини L.);
  • Священник манипулирует прихожанками, держит их в психологической зависимости или даже домогается их (истории, связанные с прот. Артемием Владимировым, или история из флешмоба #ЯНеБоюсьСказать);
  • Безобразия в семинариях, где вместо образования насаждается «воспитание» верных рабов системы;
  • Многие другие истории, в которых авторы высказывают свое недоумение, негодование или разочарование касательно деятельности или личности патриарха Кирилла, архиереев, «старцев» и проч.;
  • Истории, посвященные лицемерию и фальши внутрисистемной жизни РПЦ, истории, касающиеся вопиющих нарушений канонов со стороны руководства епархий или патриархии, и т.д. и т.п.

О чем все эти истории? О том, что конкретные люди, чаще всего (да практически всегда) — начальники, которые вроде бы, согласно христианским заповедям, должны быть примером для «малых сих», оказываются не просто банальными грешниками (что свойственно абсолютно всем людям), а соблазном тех самых «малых», разрушителями церковной жизни, живых человеческих отношений внутри Церкви. О том, что такими людьми выстроена система лжи, зависимости, коррупции, высокомерия, властолюбия и унижения по отношению ко всем тем, кто находится ниже по статусу, к тем, кто не хочет быть винтиком этой античеловеческой системы, а хочет быть нормальным христианином в нормальной Церкви.

И вот когда такой человек возмущается системой жизни РПЦ или ее отдельных функционеров, то ему кидают упрек: «У тебя обида на Церковь!»

А из этого упрека следует успокоительный, удобный для благочестивого упрекателя вывод: у нас в РПЦ нет проблем, вернее, они есть, но этими проблемами как раз являются вот такие возмутители спокойствия, такие недовольные, «обиженные на Церковь». Если этих обиженных заткнуть, то в Церкви (которая в понимании благочестивых абсолютно идентична РПЦ, вернее, моспатриархии) все будет отлично и полное благорастворение воздухов. И из проблем останутся лишь выбивание земельных участков под строительство новых храмов да поиски новых дойных коров для увеличения денежного потока снизу вверх, от приходов к патриархии.

И ведь какой мощный аргумент: критик обижен на Церковь, а раз Церковь установлена Христом, то значит и на Христа, а значит этот обиженный — не только отступник, иуда, но еще и богоборец, почти антихрист, бесоодержимый (как назвал меня ничтоже сумняшеся благочестивый батюшка, бывший друг, а ныне горячий обличитель меня и «Ахиллы» — например, я стал «бесоодержимым» после того, как одна из наших авторов посмела порассуждать на тему «я не за аборты, а за выбор», посмела покритиковать православных пролайферов).

Вот так подмена понятия в устах благочестивых становится клеветой. Они не желают услышать и понять, что большинство критикующих «Церковь» (а на самом деле критикующих РПЦ=патриархию) в реальности беспокоятся, любят и переживают именно за Церковь Христову. Пусть кто-то из авторов ушел из РПЦ (а многие никуда не ушли и не собираются), пусть разочаровался, пусть в данный момент находится на перепутье, во внутренней борьбе, но когда говорят ему, что он «обижен на Церковь», то своей клеветой его еще больше отталкивают и даже пытаются окончательно столкнуть в пропасть так называемые собратья. Верные овцы, тщательно блюдущие крепость жердей своего загона, и выталкивающие «заблудшую» овцу, Пастырем которой являются не они. И даже те, кто называют себя «архипастырями», на деле часто являются циничными наемниками, пожирающими овец, в надежде, что истинный Пастырь не заметит пропажи, пока Он ходил в горы за потерянной овцой.

И ведь точно то же происходит не только в РПЦ, но и в России в целом. Когда человек критикует президента, недоволен Думой и депутатами местного разлива, когда человек ругает чиновников, разворовавших страну, когда человек выступает против агрессии своего государства по отношению к соседям — ему говорят: ты не патриот, ты не любишь Россию, ты не любишь Родину.

Та же клевета: Россию, Родину подменяют государством, идеал, живущий в сознании человека, подменяют аппаратом подавления, называя этот ржавый уродливый танк — Родиной. И вот ты уже не патриот, если любишь Родину (культуру, искусство, природу, историю, людей своей страны), но критикуешь государство, недоволен властью.

Невозможно быть обиженным на Родину, невозможно быть обиженным на Церковь или на Христа — но можно быть недовольным Кремлем или РПЦ. Тебя может обижать член твоей семьи, но вряд ли кто из-за этого может обижаться в целом на само понятие семьи. Человека может обидеть, ограбить другой человек, но из-за этого не обижаются на человечество в целом. Если такое случается, то скорее всего человек просто психически нездоров.

Или, если такая «обида» бывает озвучена, то обычно это лишь не вполне стилистически точная риторика, представленная в упрощенном и сокращенном виде («и так все вроде ясно»), под которой скрывается нечто иное. Например, «я ненавижу людей!» означает — «тех проклятых соседей наверху, что всю ночь орут и бьют посуду». Или «попы зажрались», что значит лишь — «я довольно часто встречаю, к сожалению, нечистоплотных на руку священников, которые вместо заботы о пастве и ближних, строят себе особняки и покупают дорогие авто. Мне хотелось бы, чтобы было иначе, меня бы это радовало, потому что в душе я хорошо отношусь к доброму священству, но… некоторые ПОПЫ ЗАЖРАЛИСЬ!» То же самое в отношении РПЦ — вся критика значит: я хочу, чтобы РПЦ была Русской Церковью Христа, а не московской патриархией со всеми вытекающими.

Но проблема таких упреков в адрес критиков лежит глубже. В корне их — рабский страх, страх народа, который тысячу лет жил в рабстве:

  • начальник всегда прав.
  • Возмущаться и бунтовать — грех.
  • Барин сам решит, не холопье это дело — рассуждать.
  • Не думай, не принимай собственных решений, только трудись и плати оброк, налог, епвзнос.
  • Так устроено изначально: Бог на небе, царь на троне, президент в Кремле, архиерей в бриллиантах, ты в говне.
  • Склонись, молись, целую барскую руку.
  • Молчи, молчи, молчи!..

Нет, товарищи благочестивые. Нет худшего греха, чем страх. И изменения к лучшему начинаются не с молчания, не с покорности, не со страха. Они начинаются со смелости сделать первый шаг и сказать: «нет!»

Ибо «В начале было Слово» и «Каждому гарантируется свобода совести, мысли и слова» (Конституция РФ).

И обида на Церковь тут не при чем. А клеветать — нехорошо.