По благословению

1 неделя назад Алексей Плужников

Глава из книги «Где-то в Тьматараканской епархии». Все имена изменены, все совпадения случайны, такой епархии на свете нет, только в туманной Тьматаракани, за неведомыми горами…

***

В нашем городе служит протоиерей Андрей Белоглазов. В начале 2000-х он был сорокалетним представительным мужчиной с элегантной бородкой, духовно-интеллигентного вида. Он практически с самого своего рукоположения, с 95 года, был на одном приходе, который сам строил с нуля.

Его приход был (и есть) одним из самых активных в городе: строился огромный храм, на большой территории прихода (из-за которой отец Андрей несколько лет судился с бизнесменами, претендующими на тот же лакомый кусочек) были устроены конюшни, разводились какие-то элитные кони, козы, гуси, утки — и это все посреди мегаполиса.

Многочисленные прихожане были заняты на куче послушаний, помимо скотного двора на приходе работала швейная мастерская, где шилось отличное облачение (я там купил свою первую фелонь, и она прожила у меня 10 лет без ущерба, перешла к следующему настоятелю).

В общем, издалека все выглядело отлично: большая крепкая община православных тружеников, собравшихся вокруг хозяйственного батюшки. Но на деле все было не так благостно. Я слышал много историй про этот приход, но в их верности убедился, приехав туда два раза: сначала заказывать облачение, потом — забирать его. Я увидел, что все трудятся, но никто не улыбается, головы опущены, никто не здоровается с молодым священником, не берет благословения. Швея тоже встретила сухо, на любой мой вопрос отвечая: «Батюшка не благословляет этого, без благословения батюшки никак нельзя…» Судя по всему, на этом приходе даже дышать можно было только по благословению.

Я служил на приходе у отца Петра, благочинного, когда к нам в пономари попал Вячеслав (назовем его так): высокий симпатичный парень с кудрявой шевелюрой, сообразительный, талантливый — хорошо читал, пел, играл на саксофоне. На службы приходила и его жена с маленьким сыном: жена — хоть сейчас на обложку «Прихожанки» – невысокая, тоненькая, красивая, хотя и скромно одетая, юбочка в пол, волосы в косу, никакой косметики.

Вячеслав был горячим парнем, я упоминал его в истории моего конфликта с отцом Петром: именно он отказался вычитывать праздничную утреню по желанию настоятеля, пошел на конфликт, в результате чего (в том числе) вскоре покинул приход.

Однажды я был дежурным в храме. Увидел Вячеслава, который сидел, уставившись взглядом в пол, то сжимая, то разжимая кулаки.

— Ты чего? — поинтересовался я.

Он посмотрел на меня тяжело:

— Отец, скажи, как думаешь: можно ли набить морду священнику?.. Вроде по-православному это грешно, но если поп того заслужил? А?..

Он рассказал мне свою печальную историю. Вячеслав был прихожанином у отца Андрея, а все прихожане отца Андрея одновременно являются его духовными чадами — по-другому просто невозможно. Нельзя ходить к нему в храм и исповедоваться в другом, нельзя иметь духовником другого священника, вообще ничего нельзя без благословения батюшки — кто этого не соблюдает, того мгновенно выкидывают с прихода, другим прихожанам запрещается общаться с таким отступником. Потом на проповеди отец Андрей грозно объясняет преступления ушедшего, намекая, что так будет с каждым, кто пойдет против его воли.

Вячеслав был духовным чадом, он очень хотел стать священником, и настоятель был благосклонен к этому. Но невесты у Вячеслава не было, сам он был стеснительным парнем.

Вопрос был решен просто: отец Андрей подозвал к себе скромную девушку-красавицу и сказал:

— Благословляю вас обоих на брак!

Девушка тоже была из послушных чад, для нее слова батюшки было намного выше слова Бога, поэтому оба молодых смиренно поженились. Но прошло некоторое время, и Вячеслав понял, что не любит жену — да, она хорошая, добрая, милая, красивая, все при ней, никаких изъянов — но любви нет. Его сердце стало возмущаться, он стал осознавать, что поступил необдуманно, послушавшись настоятеля.

Он рискнул поговорить об этом с отцом Андреем. Результат не заставил себя ждать: молодую семью с проклятиями вышвырнули из прихода, пообещав вслед, что никогда такому строптивцу не видать хиротонии.

Поэтому на приходе у отца Петра Вячеслав сделал новую попытку пробиться к хиротонии, но безуспешно, отец Андрей слов на ветер не бросал: он поговорил с владыкой насчет непослушного юноши.

После одной из архиерейских служб на приходе отца Петра Вячеслав дерзнул подойти к митрополиту Георгию и прямо спросить, есть ли надежда, что его прошение на рукоположение будет подписано или ему следует пытать счастья в другой епархии? Владыка холодно пожал плечами:

— Езжай, куда хочешь, твое дело.

Вячеслав уехал в Сибирь. Через пару-тройку лет у него выпала оказия: ему предложили сан в соседней области. Он переехал туда, стал священником. Каковы их взаимоотношения с женой — я не знаю, наверное, стерпелось-слюбилось, тем более, его жена была хорошим человеком.

Но про отца Андрея я за годы службы слышал регулярно, все слухи были одного порядка — он отказывал в требах всем, кто не были его прихожанами: не освящал квартиру, не венчал, не отпевал. Но это ладно, другое дело, что он постоянно отказывал в исповеди, соборовании, причастии умирающим, всегда жестко отвечая: «Этот человек не был прихожанином нашего храма? Я не буду его исповедовать!»

Об этом я слышал из разных источников, а также от нашего безотказного отца Макара, который кипел, рассказывая, как люди находили его и слезно умоляли прийти к умирающему:

— Я не понимаю, как так можно?! Я все бросил и помчался на такси к человеку — еле успел исповедовать и причастить, как он умер! И это уже не первый раз такая история! Как он может отказывать?!

Отец Андрей построил большой красивый храм, регулярно получает все награды за выслугу лет. Он по-прежнему красив, благообразен. Приход у него крепкий.

Фото Артема Назарова