Православный западный обряд: древность, реконструкция или живая традиция?

3 недели назад Кирилл Александров

Прочитал и я на «Ахилле» статью, вернее, некий набор тезисов диакона Андрея Белоуса по поводу западного обряда в Православии. Сам автор, открыто называя себя экуменистом и филокатоликом, относится к западному обряду в Православии (как, впрочем, и к самому Православию) скептически, как это легко можно увидеть по его тезисам. Мне, как человеку, изучающему западный обряд и его историю в Православии достаточно давно, многие из утверждений о. Андрея показались весьма спорными или даже откровенно ошибочными. В этой же статье мне хотелось бы не столько полемизировать с уважаемым о. Андреем, сколько вообще постараться дать ответ на вопрос: что же такое есть Православие западного обряда или Западное Православие?

Многих людей по-прежнему удивляет сам факт того, что в Православии существует несколько обрядов, в том числе и западный, несмотря на то, что западный обряд в Православной Церкви канонически существует с 1936 года, когда по знаменитому декрету митрополита Сергия (Страгородского) в Московский Патриархат была принята община французского старокатолического епископа Луи Шарля Винарта. Сам проект Православия западного обряда, конечно, гораздо старше, и впервые был утвержден Синодом Российской Церкви еще в середине XIX века (проект Иосифа Овербека). И сейчас по всему миру существует всего около ста православных общин западного обряда, существует также несколько православных бенедиктинских монашеских общин. Много это или мало? Наверное, по сравнению с количеством приходов и монастырей восточного обряда – это мало. Однако сам факт существования всех этих общин очень важен. Он показывает то, что Православная Церковь – это воистину Церковь Кафолическая, Вселенская и Всеобщая, не ограниченная лишь Востоком и греко-славянским миром.

Основной западной литургией, совершаемой на этих приходах, является тридентская римская месса. Ни литургия свт. Тихона Московского, ни тем более галликанская литургия свт. Германа Парижского (или, как ее правильнее называть, литургия согласно свт. Герману Парижскому) не являются основными чинами, совершаемыми на приходах западного обряда. В римскую мессу внесен ряд изменений, о чем совершенно справедливо говорит о. Андрей, правда, резко осуждая и критикуя эти изменения. Однако необходимо понять, почему они были внесены в римский чин. Ряд святых (в том числе благословивший проект Иосифа Овербека свт. Иннокентий Московский) считали важным внесение эпиклезиса свт. Иоанна Златоуста в римскую литургию. Может быть, они не настолько хорошо разбирались в литургике, но понимали, что через утверждение западного чина литургии важно не соблазнить восточных братьев во Христе, не подать им повод к расколам и разделениям. Сейчас, конечно, всем, кто изучает литургику, известно, что в древности были нисходящий и восходящий эпиклезисы, и все эти эпиклезисы имеют право на существование.

Но одно дело – теория, и совершенно другое – практика. Скорее всего, по этой же причине («не соблазни!») в западной литургии было введено употребление квасного хлеба. Уж слишком много копий на тему хлеба было сломано в византийские времена! Хотя сейчас в Антиохийской Церкви допускается служение западной литургии на опресноках. Правильно это или нет – судить не нам. Исторически служение на опресноках в Римской Церкви было в дораскольный период – отрицать это невозможно. Учитывая то, что под видом лагерного сухаря и брусничного сока причащались Святых Таин гонимые христиане в сталинскую эпоху (разве кто-то смеет поспорить с тем, что это было истинное Причастие?!), то Богу ничего не стоит преложить опреснок в Тело Христово.

Подробнее мне хотелось бы поговорить о литургии согласно свт. Герману Парижскому. Этот чин литургии, по которому служил свт. Иоанн Шанхайский и Сан-Францисский, в настоящее время совершается на одном приходе в РПЦЗ, а также на нескольких приходах Румынской и Сербской Церквей, находящихся во Франции и Швейцарии. Это если говорить о каноническом Православии. В неканоническом Православии галликанская литургия в качестве основной совершается на приходах, относящихся к юрисдикции «Православной Церкви Франции» и «Православной Церкви Галлов». Хотелось бы отметить, что никто никогда и не отрицал того, что эта литургия в том виде, в каком она есть сейчас – это новодел, но новодел, созданный на основе древних источников. Один из «авторов» данного чина литургии – протоиерей Евграф Ковалевский (впоследствии епископ Иоанн-Нектарий) сам писал, что эта литургия воссоздана, то есть создана заново, согласно письмам свт. Германа Парижского и некоторым другим древним источникам.

И вот как раз служение воссозданной галликанской литургии ставит перед нами очень интересный, важный и актуальный вопрос – а допустимо ли в Православии литургическое творчество? Можем ли мы творить? Или же должны только повторять то, что повторяли до нас многие поколения православных христиан, повторявшие в свою очередь более древние поколения? Историческая литургика наглядно рассказывает нам о том, что литургия даже одного чина никогда не была одинакова и однообразна. Все первое тысячелетие от Рождества Христова православные христиане занимались литургическим творчеством. Что такое случилось в мире, что они перестали им заниматься? Вопрос риторический.

Но вернемся к галликанской литургии. Как я уже сказал, этот чин высоко оценил свт. Иоанн Шанхайский, оценил настолько, что эта литургия служилась и в его соборе, в Сан-Франциско, перед рукоположением во епископы о. Евграфа Ковалевского. Из книги о. Дамаскина Кристенсена «Не от мира сего»: «На праздник св. Мартина Турского, архиеп. Иоанн служил галликанскую литургию св. Германа совместно с французским духовенством (…) Воистину, это был переворот: русская эмигрантская Церковь, знавшая лишь традиционные славянские службы, вдруг услышала нечто непривычное, хотя и величественное, да еще исполненное на французском языке».

А вот что пишет о. Ноэль Таназак, настоятель прихода св. Женевьевы и св. Мартина Турского в Париже, относящегося к Румынской Православной Церкви, сам служащий галликанскую литургию (цитата переведена мной с французского языка): «Абсурдные и необоснованные обвинения в том, что (галликанский обряд) — это «обряд искусственный» или «личное творение», сделаны людьми, которые не знали всех обрядов Запада, а зачастую даже истории византийского обряда, и для которых все обычаи сливались в единую «традицию». Я лично понял это во время рабочих литургических совещаний, где я обнаружил, что большинству из тех, кто критиковали восстановленный галликанский обряд, не приходилось ни видеть его, ни служить по нему, ни даже читать что-либо о нем. Они осуждали его, не имея даже желания ознакомиться с ним. Эти упреки были основаны на слухах и сплетнях. В то время как всемирно известные литургисты, такие как Dom Lambert Beauduin, основатель Chèvetogne, или совсем недавно немецкий епископ Klaus Gamber, специалист по литургическим рукописям галло-римлян, публично признали серьезность и ценность работы отца Евграфа Ковалевского и Братства Святого Фотия по реставрации старого обряда Галлии в Православии».

Я полностью согласен с о. Ноэлем, и рекомендую всем если не посетить галликанскую литургию (понятно, что далеко не у всех есть возможность отправиться для этого во Францию), то хотя бы посмотреть ее в записи или послушать дивные песнопения этой литургии, музыку для которых сочинил или переложил брат владыки Иоанна-Нектария, замечательный церковный композитор Максим Ковалевский. Наверное, многим знакомы его «Кирие элейсон» и «Херувимская», но далеко не все знают, что он внес свой вклад и в восстановление галликанского обряда.

Одобрение галликанской литургии Синодами трех Церквей (РПЦЗ, Румынской и Сербской) ясно показывает то, что литургическое творчество может быть и сейчас, что Православная Традиция – это не нечто замершее, законсервированное, замороженное, музеефицированное – но живой процесс, так как связан он с Живым Богом и живыми людьми. Это же относится и к другим западным чинам литургии, в которые вносились изменения. Ведь главная задача Западного Православия – донести Православие до людей Запада, а главная цель — спасение. Это совершенно не историческое реконструкторство, в котором задача другая – максимально точно, вплоть до мельчайших деталей и подробностей, восстановить прошлое. Западное Православие обращено не в прошлое, а в настоящее и в будущее. Именно поэтому в западные чины и вносились изменения. Лично я ничего плохого в этом не вижу. Все чины всех литургий подвергались редакциям и изменениям, а не дошли до нас от Апостолов в неизменном виде. Это, опять же, всем известный и очевидный факт. Из которого не следует того, что эти литургии безблагодатны. В конце концов, мы ведь веруем в Живого Бога, в Бога Всемогущего, способного вдохнуть жизнь и благодать в любые формы, чины и обряды.

В своих тезисах о. Андрей упоминает о «филиокве», указывая на то, что для дораскольных святых Запада вера в него была совершенна естественна. Это еще ни о чем не говорит. До определенного момента, а именно, до внесения в Символ веры, «филиокве» представляло собой вполне обычный западный теологумен. Можно дискутировать на тему о том, как оно понималось святыми Запада, так ли, как его стали понимать римо-католики в послераскольный период или нет, но оно присутствовало в западном церковном Предании. И только тогда, когда этот теологумен попал в официальные церковные документы, в исповедание церковной веры, соответствующая реакция Востока не замедлила себя долго ждать.

За достаточно недолгий период своего существования Западное Православие пережило много испытаний. Прежде всего, это непонимание и вражда своих восточных братьев, привыкших только к одному внешнему выражению, к одной внешней форме Христианства, и воспринимавших с подозрением или с открытой неприязнью все западное, не пытавшихся вникнуть в самую суть вещей, а судивших исключительно по внешности. И до сих пор такое отношение нередко встречается. «А почему у него митра как у католиков?», «а почему Распятие с одним гвоздем в ногах?», «а почему в храме скамейки?», «а где иконостас?!», «а почему у него бороды нет?», «а зачем в православном храме орган?», «они что, облатками причащают?!?!» — такие и подобные вопросы очень часто можно услышать от людей, видящих фото или видео с западнообрядных служб. И приходится с немалым терпением объяснять людям, что традиции и обычаи у православных христиан могут быть разными, и их различие никак не влияет на единство веры. К сожалению, неумеренные ревнители восточного обряда доходят даже до того, что не гнушаются любыми средствами, лишь бы доказать свою правоту – так, например, подобными ревнителями было уничтожено письмо свт. Иоанна Шанхайского и Сан-Францисского с обоснованием западного обряда в Православии, ценнейший исторический документ, а для многих людей еще и святыня — строки, написанные рукой святого человека.

Но все те искушения и испытания, которым подверглись православные западного обряда (и подвергаются до сих пор) лишь показывают то, что дело это угодно Богу, раз враг рода человеческого против него так борется и стремится свести на нет.

Молитвами всех святых Запада да поможет Бог всем, кто трудится в данном направлении. Конец и Богу нашему слава!

Иллюстрация: свт. Иоанн (Максимович) совершает галликанскую литургию

Источник

Читайте также: