И кто только не бывал в нашем подвале…

2 месяца назад протоиерей Вячеслав Винников

Из книги отца Вячеслава «Я поверил от рожденья в Богородицын Покров…».

***

Хамовнический плац, наш дом с колоннами и наш подвал… И кто у нас здесь только ни бывал: Архиепископ Вениамин, епископ Венедикт, иеромонах Сергий, иеромонах Арсений, иеромонах Спиридон, протодиакон Арсений, протодиакон Борис, преподаватель Московской Духовной Семинарии и даже один профессор Московской Духовной Академии, воспитанники и студенты духовных школ, будущие благочинные и архимандриты.

И всех их мама принимала, и все они с мамой любили беседовать и делились самым сокровенным. Мама была хорошей советчицей, и они её за это любили. Когда мама приезжала в Лавру одна, то они старались её приветить: накормить, провести на службу в Троицкий собор, где служил Патриарх. Мама рассказывала, как отец Арсений приносил ей в рукавах своей рясы обед, и она во дворе на лавочке сидела и кушала.

***

1963 год, рассказ мамы

«Я была дома в подвале одна, когда увидела на пороге старичка в рясе (у нас двери днем не закрывались). Заходит он и спрашивает:

— Скажите, отец Арсений у вас останавливается?

— Да.

— А я архиепископ Вениамин.

— Благословите, Владыко, — мама складывает руки для благословения.

Этот владыка Вениамин собрал в нашем подвале своеобразную комиссию по богословским трудам: к нам приехали преподаватель и профессор, были мои товарищи отец Арсений и отец Сергий, кто-то ещё приехал, кого я теперь не могу припомнить… Владыка благословил купить арбузы: и вот так, кушая арбузы, они заседали и решали различные богословские вопросы. 

***

Удивительно то, что все духовные лица приезжали к нам в рясах и в 1956-1963 гг. ходили так по Москве, по улицам и магазинам. Отец Арсений и отец Сергий часто брали меня с собой. Мы были и в ГУМе, и в ЦУМе, ходили по этажам, были на ярмарке в Лужниках, на старом Арбате. Придя в Кремль, мы заходили в кремлевские соборы и там молились, прикладывались к иконам. Люди относились к нам, как правило, доброжелательно. Особенно это ощущалось на вокзалах, в аэропортах, где стояли большие очереди к билетным кассам. Почти всегда священники получали билеты в окошке администратора.

Случился, правда, небольшой инцидент на Арбатской площади: отца Арсения обступили несколько взрослых парней угрожающего вида. Я вижу, что дело плохо, подхожу и говорю: «Отец Арсений, пойдем, скорей, а то опоздаем…», и ребята отошли в сторону.

Видно потому священники ходили по Москве в рясах, что им очень хотелось сказать миру: «Да, вы нас гоните, вы хотите нас уничтожить…, а мы живем, молимся, служим, существуем, и ничего вы с Церковью не сделаете, и мы, «попы», как вы нас называете, проповедуем Христа в самом сердце России — в Москве».

***

В Успенском соборе Кремля мы с моими друзьями, иеромонахом Арсением и иеромонахом Сергием, прикладываемся к иконам… Никто нас не останавливает, и отец Арсений, подойдя к открытой двери в алтарь, спрашивает у дежурного разрешения войти внутрь алтаря. Дежурный разрешил ему войти, позволил приложиться к гробнице святителя Петра. «На гробнице, — рассказывал отец Арсений, — лежит газета. Да что с него взять! Он не понимает, у какой святыни сидит. Хорошо хоть разрешил приложиться, и то слава Богу. Я его попросил убрать газету…»

Теперь, когда в Кремле идут службы и мы можем молиться у своих святынь, я понимаю, насколько прав был поэт А.Солодовников, написав: 

Не спят святители, не спят

В кругу погашенных лампад. 

Не спят и молятся, предстоят перед Богом день и ночь за нас, за русский народ. Они, святители наши, вымолили у Бога возможность для нас молиться у их святынь.

***

1956-1970 гг.

То, что наши гости священнослужители ходили по Москве в рясах, было большим исключением из правил того времени. В те годы я практически больше никого в рясах в Москве не видел. Ехал как-то в метро, задремал, открываю глаза: напротив меня сидит епископ Гермоген в костюме. Перебегаю дорогу на Старом Арбате напротив магазина «Электротовары» и сталкиваюсь с каким-то мужчиной, бегущим с противоположной стороны, разбегаемся, оглядываемся, и вижу… епископа Пимена, тоже в костюме. Иду по улице Горького (ныне Тверской), а навстречу мне архиепископ Борис — в макинтоше… На Профсоюзной улице как-то встретил архиепископа Киприана в пальто, который рукополагал меня в священники… А на Комсомольском проспекте мы с матушкой раскланивались с архиепископом Питиримом, прогуливающимся в плаще (я одно время работал у него в редакции).

Летом священника всегда можно было узнать: небольшая бородка, как правило — короткие волосы, темные брюки и светлый желтоватый чесучовый пиджак, а на голове тоже светло-желтая шляпа из рисовой соломки… Особенно выдает лицо — сразу видно, что батюшка, а не художник.

***

1956-1963 гг.

На горке у дома стоят ребята, мои товарищи, а я выхожу из такси и открываю дверцу: из машины выходит епископ Венедикт, в рясе, с панагией на груди и посохом в руке. Ребята, открыв рты и оставив разговоры, смотрят на нас. А Владыка важно с поднятой головой спускается по шаткой лестнице к нам в подвал, где темно и ничего не видно после яркого солнечного света. Епископ Венедикт мог остановиться в Чистом переулке, где на втором этаже была гостиница для архиереев, но он любил останавливаться у нас и в течение примерно семи лет приезжал и подолгу жил в нашем подвале. А моя мама за ним ухаживала. 

***

Рассказ владыки Венедикта

Дело было в Сибири. На пароходе приплывает новый архиерей, епископ Сергий (Ларин), который долгое время был в обновленчестве. Все епархиальное управление вышло его встречать, среди них были и женщины, а вокруг стояло много верующего народа. Владыка выходит, приближается к сотрудникам епархиального управления, всех приветствует и начинает… целовать руки женщинам (!?).

Верующие бабушки, пришедшие взять у Владыки благословение, стали плеваться и разошлись ни с чем.

Иллюстрация: храм Николы в Хамовниках, фото сделано предположительно в 1965-1966 гг. К. Пастухов/oldmos.ru 

Читайте также: