Сага о старом подряснике

9 августа 2018 Олег Курзаков

За делами было недосуг прокомментировать одну писульку в красноярской епархиальной газете обо мне.

Опус называется «Церковный дезертир». И построен он в виде диалога двух сплетничающих бабок, которые где-то что-то слышали и теперь вот излагают события. Автором такой «оригинальной» подачи является некая Юлия Швейцер, данных о которой я не смог обнаружить (обычно из-за ссыкливости под такого рода материалами в епархиальной газете пишут под псевдонимами, но если, Юлия, я ошибаюсь, то чего ж вы хотя бы мне не написали, чтобы взять мой комментарий и уже работать с ним, а не пользоваться слухами?). Так вот, Юлия, с возможной рыжей бородой и пузиком, хочу сказать вам и вашему начальству, что подобная подача материала просто даже не дно, а днище, позорное для газеты, именующей себя «Православным словом Сибири».

Я-то внутренне приготовился к тому, что сейчас меня припрут к стенке богословскими аргументами, но уровень наших епархиальных швондеров-швейцеров пока далеко не таков. Начинается речь обо мне с самого, видимо, для сих благочестивых бабок страшного моего проступка. Баба Таня ошарашивает бабу Галю: «Я чего вспоминала-то, про попа канского. Наш-то, местный, в Степном, слышала, может? Ни свет ни заря, уехал. Петухи еще не проснулись, а его и след простыл. Вещи все свои забрал, и был таков. С семьей уехал, да. А подрясник — страшно сказать, — в мусорное ведро выбросил». (От себя добавлю, что в свете современной церковной истории во избежание ненужных аллюзий я бы не советовал писать про еще не проснувшихся петухов).

Итак, по задумке автора, благочестивый и богобоязненный читатель, видимо, должен представить себе, как я дослуживаю литургию, потом яростно срываю с себя подрясник и выбрасываю его, а затем, гордый и красивый, иду в трусах по поселку навстречу своей новой судьбе. Представить — и похолодеть от ужаса! Увы, разочарую. Это вот такой излюбленный уже прием у епархиальных писак: извратить и раздуть самый ничтожный факт. Если кто помнит, так же была подана история с пылесосом у о. Виктора Пасечнюка. Светские дураки-журналисты уже понесли потом писать в том духе, что священника лишили сана за то, что он пылесосил престол.

Теперь вот мне приходится вести апологию по поводу подрясника. Не мусорное ведро, а корзина для сжигания церковных записок, старых газет и вещей, побывавших в церковном употреблении, в которую я бережно сложил, а не выбросил, свой самый старый заношенный подрясник, чтобы его не выбрасывать в общий мусор. Подобную хрень на плетень мог навести только мой благочинный, за что ему многая и благая лета.

Отдельное спасибо автору, что почтил на епархиальному уровне сайт «Ахилла».

В общем-то, далее особо и нечего комментировать, так как идет переливание из пустого в порожнее. Причину моего поступка автор ищет в некоей обиде, которую он не находит. И правильно. Потому что не в обиде дело. Дело не в том, что меня как-то не оценили. Вообще, поражает эта неспособность православного священноначалия поверить в то, что человеком могут руководить не лишь одни самые худшие мотивы обиды и гордости? Если епархиальные власти включают дурачка и недоумевают, отчего же я ушел, раз все так цветет и пахнет, так я могу пуститься в изложение фактов с фамилиями и датами, которые были бы прекрасной иллюстрацией подлинному положению в Красноярской епархии. Хотите? Я не стал опускаться до этого уровня, но, поверьте, и без меня все это церковное дерьмо всплывет на поверхность рано или поздно. Копаться в нем в отличии от любителей порыться в корзине со старым подрясником, у меня нет охоты. Вам с этим жить, дорогие мои, и вам с этим идти на суд Божий. Мне и моих грехов хватает.

Источник

Читайте также:

Если вам нравится наша работа — поддержите нас:

Карта Сбербанка: 4276 1600 2495 4340

Или с помощью этой формы, вписав любую сумму: