Об отказе отпевать «некрещеного» ребенка и моих бессонных ночах

2 месяца назад Евгений Коген

Было мне лет 11-12, активно читал православную литературу – а возраст такой, что хочется максимального экстрима, поэтому было это «Слово о смерти» Игнатия Брянчанинова и прочее такое загробное. Триллеры, короче. (И никто ж не остановил, что интересно, и по рукам не надавал.)

Поскольку середина 90-х — это для УПЦ (МП), прежде всего, полемика с Филаретом и «раскольниками», то эта тема была везде. Дискуссия же была в известном ключе: кто крестился в Киевском патриархате, тот после смерти сразу в ад как некрещеный. Никаких поблажек.

Эти две темы наложились в моей неокрепшей голове очень плотно друг на дружку после того, как я задался вопросом: а кто же крестил меня? Киевского патриархата тогда не было, но вдруг это был батюшка-старообрядец или другой какой еретик?

Неделю приставал к матери с расспросами. Оказалось, что крестили меня на дому, в соседнем селе, был это некий отец Василий, уже покойный, и узнать, был ли он еретиком – уже не получится. Это всё начало сводить меня с ума. Ладно бы даже еретик – так хотя бы был живой: поехал бы я в село это да всё у него узнал. А так – что делать?

Стал я бегать к нашему священнику каждый день и просить: нельзя ли меня покрестить еще разок «для уверенности»? Нет, говорит, в символе веры – «едино крещение». Так а вдруг он еретик был? «Да не должен, вроде как, — говорит батюшка, – не переживай».

В общем, меня регулярно трясло от страха по ночам, не шучу. Доходило до того, что мама должна была снова засыпать в моей комнате, так было хоть немного спокойнее. Я тогда понимал, что 50 на 50 – рулетка: или отец Василий был «наш», или вдруг я сейчас умру этой ночью – буду гореть всю вечность. В том моем возрасте, в голодных 90-х, когда на столе одна «мивина», а батя с работы опять пьяный пришел – кроме 8-битной приставки религия была для меня тем, чему я полностью отдавался и доверял. Раз говорят все батюшки, и везде в православных СМИ сообщают, что связался с еретиками – сразу погибель для души, значит — только этого бойся.

Страшное было дело. Сейчас жутко стыдно за те свои терзания, и очень неприятно, что все это в нашей стране до сих пор живо и вот такое происходит.

Не мое дело обсуждать церковные законы, но вот если людям продолжать показывать, что закон важнее и главнее любви, то сон от этого очень портится.

Читайте также:

Если вам нравится наша работа — поддержите нас:

Карта Сбербанка: 4276 1600 2495 4340

С помощью PayPal

Или с помощью этой формы, вписав любую сумму: