Почему тайские женщины не любят равноправие

4 месяца назад Егор Владимиров

Объективное восприятие мира – это то, к чему мы все стремимся, но, как мне кажется, оно не совсем возможно; прежде всего потому, что каждый из нас, наблюдателей, отягощен грузом собственных стереотипов, появившихся в результате воспитания, образования, да и самого разнообразного личного опыта (у кого-то – богатого, а у кого-то – не очень).

Именно поэтому те выводы, которые представители европейской культуры делают, смотря на то, как люди живут в других частях света, оказываются иногда очень далекими от реальности и довольно забавными. Общим местом, в частности, стал рассказ европейских туристов о бедных тайских женщинах, которых сволочи-мужья гонят из деревень зарабатывать себе на жизнь проституцией в столицу, да еще и требуют от них высылать в деревню немалую часть заработка.

При этом ни один из рассказчиков-европейцев не сомневается, что выезжающие на заработки женщины едут не по собственному желанию, а потому, что муж принудил. Между тем, феномен «женщин из Исаана», которые действительно в большом количестве работают в секс-индустрии как в Бангкоке, так и в Паттайе, и много где еще в курортной зоне – это не уродливое порождение патриархальной культуры; это, напротив, достаточно неочевидное, но вполне логичное следствие женского равноправия.

Юго-Восточная Азия исторически отличается как от Южной, так и от Восточной Азии тем, что местная традиционная культура не была патриархальной. Наследование осуществлялось как по мужской, так и по женской линиям, при этом после замужества женщина самостоятельно управляла тем имуществом, которое досталось ей от родителей, а в случае нередкого развода ее муж не имел на это имущество никаких прав. Реформы начала ХХ века по приведению в соответствие тогдашнего сиамского законодательства «прогрессивным европейским нормам» очень тяжело воспринимались обществом; далеко не все женщины готовы были обменять запрет на мужскую полигамию на отказ от имущественных прав.

Исаан (так называется северо-восточный регион Королевства Таиланд) – это тот регион, где наиболее полно сохранились традиционные культурные обычаи; реформы столетней давности практически на повлияли на жизненный уклад. Там по-прежнему от помолвки до свадьбы может пройти не один год, потому что жениху надо накопить на приданое семье невесты (средняя стоимость такого приданого, по сведениям автора – около 7 тысяч долларов США). Приданое не возвращается жениху ни при каких условиях, а его финансовая несостоятельность может стать причиной для расторжения помолвки и даже уголовного преследования в том случае, если он не смог к дате свадьбы выплатить приданое (как правило, это не деньги, а золотые слитки или золотые изделия). Неудивительно, что третий или четвертый сын в традиционной исаанской семье – это кошмар для родителей; накопить немалую сумму для женитьбы нескольких детей нелегко.

Подчиненное положение мужчины в семье, придерживающейся традиционных обычаев – это данность; никаких разговоров о том, что «ты же мужчина, ты же должен обеспечить семью» (то, к чему привыкли мы, патриархальные европейцы), быть не может. В лучшем случае мужчина обеспечивает половину дохода семьи – за вычетом того, что уходит ему «на булавки» (выпивка с друзьями после тяжелого дня работы в полях). Поэтому, когда женщина выбирает для себя более легкий способ заработка денег в дом, чем такой же крестьянский труд, ее муж не может ей воспрепятствовать никаким законным образом: если ее не волнует, как он обеспечивает половину дохода семьи, так почему его должно волновать то, как она обеспечивает вторую?

Но далеко не всем исаанским женщинам нравится то, что они обязаны наравне с мужем отвечать за семейное благосостояние. Поэтому в Исаане и растет число смешанных браков местных жительниц с европейцами или китайскими «северными соседями»; они не хотят работать, они хотят просто быть женщинами, «у которых есть платьице» и муж, обязанный их обеспечивать. А европейцы или китайцы, в свою очередь, тоже хотят существовать в более привычных им с детства рамках патриархальной культуры, чувствуя себя защитниками, добытчиками и главами семей. Вот так и получаются вполне гармоничные, счастливые и прочные семьи, основанные на четком и довольно циничном расчете.

И вот здесь мы подходим к неполиткорректному выводу – истинное равноправие между мужчинами и женщинами не нужно достаточно большому количеству как мужчин, так и женщин. К тому же, как мы видим на примере северо-востока Таиланда, истинное равноправие влечет за собой равенство не только в правах, но и в обязанностях; а это как раз то, чего современный феминизм не предполагает, декларируя не равенство, а, по сути, обратную дискриминацию.

И в самом деле, нехорошо, когда за одну и ту же работу женщина получает меньше, чем мужчина – но, когда женщина имеет право на дополнительные три дня отпуска в месяц по физиологическим причинам, непонятно, почему она должна получать столько же денег, сколько и мужчина на аналогичной должности. Если уж равенство в правах, то либо всем надо предоставлять три дня отпуска в месяц дополнительно, вне зависимости от половой принадлежности, либо урезать заработную плату женщинам в обмен на то, что они отдыхают каждый месяц на три дня больше.

Всякий раз, слыша о том, что кому-то нужны равные права, спросите поборника такого равноправия — а готов ли он понести на себе груз новых обязанностей вместе с получением новых прав? Или под декларацией «равных прав» всего лишь скрывается дискриминация наоборот? Пример того, как многие представительницы традиционных культур, построенных на равноправии мужчин и женщин, при первой же возможности от такого равноправия отказываются, показывает нам, что далеко не всем нужны новые права, если они влекут за собой соответствующие обязанности. Так что мир немного сложнее, чем кажется современным поборникам «всеобщего равноправия».

Фото: elinberge.com 

Если вам нравится наша работа — поддержите нас:

Карта Сбербанка: 4276 1600 2495 4340

С помощью PayPal

Или с помощью этой формы, вписав любую сумму: